Эта история про искренность и уязвимость тех, чья работа притворство и обман. Она начнётся с последнего поцелуя — и кончится первым. Она будет нелепой и неловкой, какой должна быть влюблённость, глубокомысленной как полуночная переписка, и телесной как её подоплёка.

Это был один из тех летних дней, когда золотое пламя солнца растапливает небо, и оно оплывает в восковые сталагмиты облаков, а в мерцающих тенях мира гуляет уже скучающий по осени ветер, наполняющий леса и долины синевой, распахивающий ставни заспавшихся девушек, заворачивавшийся в их занавески, и треплющий их кудри прохладой. Ветер, от которого по коже пробегает зябь — не столько от холода, сколько от высокой прозрачности между землёй и зенитом.

"Незаметно для него самого, следить за открытыми вкладками Нене вошло у Руи в привычку. Облокотившись на спинку медленно вращающегося кресла, он наблюдал как Нене листает странцы фанфиков по легенде о Зельде — её надёжном, не подводящем фандоме в минуты нужды..."

Тойя приглашает Мизуки принять участие в пьесе, которую готовит книжный клуб при школьной библиотеке. Сказка, которую они собираются ставить, наталкивает ее на размышлениях о своем прошлом, своем теле и своих чувствах. Нам запрещено, нам запрещено, нам запрещено дышать. “Я люблю тебя”. Под покровом удушливых дней, Загадочно покачиваются кроваво-красные цветы.

Пена — вдохнувшая неживая материя, взбитая и липкая — пространство между чистотой и грязью, сухим и мокрым, морским и воздушным. Эта история о соприкосновении пузырей, о музыке города, и о тех кто её поёт. Вновь это чувство. Она стоит обнажённая в раздевалке, одетая лишь в своё имя Аири Момои, и её дух захвачен ощущением собственной красоты...

Идеальных людей не бывает. Кто-то готов принять эту простую истину, а кто-то пытается бороться до конца.