- Закатай губу, Полудурок. И либо флиртуй нормально, либо проваливай обратно в глубины и своим трем тысячам прави...

Не было никакого грёбаного способа. Из всех чёртовых вещей, за которые Бакуго уже приходилось бороться, он ни за что не собирался соперничать с дерьмовым Деку и в любви.

- Кто ты, черт возьми?! -Голос Бакуго прорезает хаос, сопровождаемый несколькими небольшими взрывами. Его лицо выражает чистый гнев, когда он толкается в пространство мужчины. - Почему ты замаскирован под меня? - Помяни дьявола, - вздыхает мужчина. - Я - это ты, ты - это я, и тебе нужно помочь мне.

После того как Мидория подбрасывает ему на колени додзинси с Шото/Граунд Зеро, Тодороки делает все возможное, чтобы с его помощью испортить Бакуго жизнь. (Или пять раз, когда Бакуго хотел, чтобы Тодороки заткнулся и перестал комментировать чертов додзинси, и один раз, когда Бакуго совсем-совсем того не хотел.)

Временная петля начинается с ощущения трех пальцев Бакуго внутри. «Тодороки дергается, когда в полночь сознание отбрасывает назад, вновь течет время прошедшего дня, а потом Бакуго сгибает пальцы, и Тодороки дергается по совсем другой причине».

Каков священный долг напарника? Угонять чужую машину, просто чтобы позлить? Наотмашь бить по лицу в переулке за супермаркетом, чтобы не дать отключиться от потери крови? Снимать с барной стойки в грязном баре, когда на часах уже далеко за двенадцать? Ненавидеть общее прошлое так сильно, чтобы уехать за половину земного шара? И любить настолько сильно, чтобы вернуться?

В квартире Кацуки и Шото окна от пола до потолка, что было бы замечательно, если бы Шото не нравилось разгуливать голышом, позволяя соседям пялиться на себя. В частности, одному соседу. Когда Кацуки жалуется на это, Шото предлагает устроить для соседа шоу… (Они трахаются перед окном, вот к чему я клоню.)

После провала экзамена на лицензию, Бакуго и Тодороки посещают дополнительные занятия вдвоем.

Вцепляясь в чужие волосы и сцеловывая его улыбку, он чувствовал, как внутри что-то ломалось. Возможно, это сердце все-таки разбивалось о клетку костей, осыпаясь кровавыми ошметками.

Что делать, если ты не склонен к эмпатии, и это мешает тебе жить, а твой одноклассник страдает от собственной вспыльчивости? Конечно же, заключить сделку.

Парень ничего не делает, кроме как держит куртку дальше, приближая ее к окровавленному лицу Шото. Куртка выглядит очень любимой - явно ее часто носили и украшают намеренно. Говорит о долгосрочной привязанности, которой достигает только тот, кто посвятил себя определенному предмету. Или они обмениваются джинсовой курткой туда-сюда достаточно долго, чтобы влюбиться.

— Всё в порядке, — сочувственно говорит Цую. — Все считают Тодороки-чана красивым. Я болею за тебя! — Не за что болеть! Это недоразумение, понятно? Мне чертовски не нравится Тодороки! — восклицает Кацуки в энный раз, ударяя кулаком по столу, чтобы подчеркнуть своё заявление. Но никто, блять, не слушает. Никто никогда не слушает. (Или: Общеизвестно, что Бакуго Кацуки любит Тодороки Шото — просто спросите любого. Кроме самого Бакуго Кацуки, конечно.)