Мия ухмыляется и лижет пальцы, обводя языком фаланги. И Сакуса теряется в ощущениях. Сидящий в его ногах Атсуму, бесстыдно лижущий пальцы, это слишком. Когда Мия оставляет легкие поцелуи на кончиках пальцев, а затем берет их в рот, обхватывая чуть шершавыми губами, Сакуса понимает, что пути назад нет. Атсуму никогда не отличался умными идеями в пустой голове, поэтому и сейчас никого не удивляет.

— Нам помог дядя Сакуса, — ответил Аки, а внутри у блондина всё оборвалось. Подняв взгляд, Атсуму увидел того человека, которого не надеялся встретить больше никогда. Внутри всё защемило, а сердце, казалось, медленно разбивалось и снова собиралось по кусочкам. Перед ним стоял тот самый альфа, из-за которого Атсуму столько проплакал в подушку, столько намучался, столько боли принесла внутренняя бета.

Ссора ещё изначально показалась Ацуму странной - всё пошло не так, как идёт обычно. Тем не менее, он точно не ожидал услышать по телефону пьяного Киёми в час ночи.

Киёми боится щекотки, и рассказать об этом смерти подобно.

Парни поругались и разошлись спать в разные комнаты, но бессонница из-за отсутствия любимых тёплых объятий вновь свела их.

В тяжелой тишине Атсуму произнес: – Ты не можешь говорить, что никогда не думал об этом. – Думал о чем? – спросил Сакуса. – Ты знаешь, – про себя Атсуму самодовольно улыбнулся. – Нет. – Знаешь. Конечно же ты думал об этом. Нет причин стыдиться, Оми-кун. Я настоящая находка. – Ты отвратителен. – Ты мне льстишь. Я не осуждаю тебя. Не могу солгать и сказать, что тоже не думал об этом. – Пожалуйста, скажи, что ты шутишь. Атсуму не шутил. Он хотел получить больше, чем рассчитывал.

На фоне послышалось радостное ликование. Атсуму не знал почему - он не смотрел на экран. – Если ты когда-нибудь решишь, что поцеловать меня может быть не самым худшим, что ты когда-либо делал, дай мне знать. Ну, я имею виду, ты уже переспал со мной, – непринужденно сказал Атсуму, – по сравнению с этим поцелуй должен быть… – Каждый божий день, – перебил Сакуса, – ты заставляешь жалеть меня об этом еще немного больше. –Ты это серьезно? Сакуса не ответил. Атсуму решил, что это значит нет.

– Мы не можем быть друзьями с привилегиями, учитывая, что мы даже не друзья. – Тогда хочешь быть друзьями? – Нет. – Хочешь быть кем-то другим вместо этого? Сакуса не сказал «да», но и «нет» не прозвучало. Он отвел взгляд, а затем снова посмотрел на Атсуму. – Я не знаю.

– У тебя нет презервативов, – повторил Сакуса, его голос был столь же безэмоциональным, как и взгляд. – Я… не думал об этом? – это был больше вопрос, чем утверждение, и было абсолютной ложью. Конечно Атсуму думал об этом: неоднократно, в мельчайших подробностях, а иногда и засунув руку в штаны.

– Я говорил уже, – голос Атсуму стал мягче, – тебе не нужно ничего говорить, – он сделал маленький шаг вперед, сокращая расстояние между ними. Он протянул руку, ожидая отрицательной реакции, которой не последовало, и осторожно сжал куртку Сакусы, – но ты должен пригласить меня на свидание, если хочешь встречаться со мной. Я знаю, что спрашивал тебя, но это было месяц назад. И это больше не считается. Сакуса поморщился. –Ты просто хочешь заставить меня сказать это. Атсуму улыбнулся. - Ну, да.

– Ну, да, но я не думал… я не знал, что ты этот тип парней, – сказал Атсуму. Спустя мгновение Сакуса спросил: – Как много типов парней существует? Атсуму поморщился. – Ну, ээ… два типа, я полагаю. Те, которых ты знакомишь со своей семьей, и те, которых нет. Сакуса обдумал это: – К какому типу отношусь я?