«На самом деле, мне кажется что ты очень храбрый, Гажил... Ты смог рассказать о своих чувствах любимой женщине, а вот я.... А я не могу даже слова ему сказать»

- слушай... Уже давно уверена в том, что у меня есть к тебе тёплые недружеские чувства, ну, ты понимаешь... однако, я начала терять в этом уверенность, видя, как тебе плевать на меня, я стала всё больше думать о том, что может быть стоит прекратить... Но, пока я ещё совсем не потеряла уверенность в собственных чувствах... хочу сказать, что...я люблю тебя, очень сильно... Я не могла справиться со своими чувствами и признаться раньше тоже... - какой реакции ты от меня ждёшь?

Нацу был скован и чем-то сбит с толку. — Когда ты поймешь, что это тот самый человек? Люси смутилась от такого вопроса, стараясь подобрать самые ненавязчивые слова. — Думаю, ты всегда захочешь быть с этим человеком рядом.

Опять этот балбес с кем-то помахался, да так помахался, что его на спине тащил Грей в квартирку Люси Хартфилии, ведь только она могла позаботиться о нем в данной ситуации.

— Если ты сейчас уйдешь, то считай, что между нами все кончено!– Златовласая стояла напротив драконоборца, сжимая маленькие кулачки от обиды. По лицу ручьем стекали слезы, совершенно не собиравшиеся останавливаться. — Я буду делать то – что хочу, не смей задерживать меня, мне плевать, считай, что все, что между нами было – лишь игра, где я тебе просто подыгрывал.

И он кашляет, задыхаясь, пока лёгкие его обвиваются стеблями, пока горло, словно наждачкой, дерут не лепестки, нет, бутоны. Бутоны, что покрыты склизкой алой жидкостью - кровью. Его кровью. А следом за ними лезут и лепестки, заполняя глотку и горло, щекотя раненные участки, будто извиняясь и опадают на пол. Их много. Очень много. Они покрывают дощетчатый пол желто-красным ковром. В свете солнца, заглядывающего в окно, они похожи на золото. На золото ее волос...

Отсутствие Титании довольно сильно сказывалось на командной роботе ребят: Нацу с Греем всю дорогу старательно пытались убить друг друга, а бедная блондинка никак не могла их усмирить, постоянно жалуясь их временному предводителю. Почему-то парни боялись только Эльзу, на угрозы Лексуса они должного внимания не обращали, и тот решил полностью забить на этих придурков.

Всё было по-спокойному просто ровно до того момента, как Нацу поинтересовался, что же чувствуют влюблённые. И чёрт же его дёрнул за ногу пойти с этим вопросом к Мире! А я мучайся теперь, с его упёрто-наивным: "Люси, а я тебя люблю"

Как же она меня бесит! Раздражают ее вечные счастливые улыбки. Раздражают задорные огоньки в карих глазах. А волосы, что как расплавленное золото течёт по маленьким плечикам, просто выводят меня из себя. Мне не нравиться, что все они могут касаться их, касаться ее. Они могут, а я нет.

"Я купил кольцо!" – радостно заявил Нацу. "Фиг тебе, а не Люси" – мрачно подумал Дреяр.