Знаете, как тяжело бывает, когда все время перед глазами беспросветная тьма, а окружающие лишь давят на клапан злости, подбивая тебя к все более депрессивным мыслям? Знаете, как тяжело бывает однажды понять, разрушить остатки глупой надежды, что никогда не сможешь увидеть свое отражение, никогда не сможешь увидеть окружающий мир? И когда ты хочешь, чтобы на тебя внезапно свалилось чудо, что изменит абсолютно все, а оно и правда, в буквальном смысле падает с неба. А Чонгуку и представлять не надо

Когда под руками Рюджин умирает влиятельный пациент, Йеджи становится невольной свидетельницей и носительницей страшной тайны. Но вместо разоблачения она выбирает молчание. До тех пор, пока пожар и взрыв не переворачивают всё с ног на голову, а Рюджин рискует собственной жизнью, чтобы спасти ту, кто могла бы её погубить.

Йеджи тонет в зависимости, запутавшись в любви, которую путает с спасением. Черен — её прошлое, которое она сама стирает. Шин Рюджин — дилерша, в которую Йеджи влюбляется слишком поздно и слишком сильно. Когда чувства становятся новой ломкой, выбора больше нет. Только падение. Только зелёный, чёрный, белый. Это история о том, как любовь не спасает. О том, как можно умереть ещё при жизни. О том, как иногда последний шанс становится смертельным.

Офицер Шин оказывается в ловушке соблазнительных игр, где ничто не происходит по правилам

Дверь лифта бесшумно открылась, открывая просторный, минималистичный пентхаус с панорамным видом на ночной Сеул. Но Йеджи не видела огней. Она видела только Рюджин. Альфа вывела ее из лифта, не ослабляя хватки на запястье, и толкнула вперед, в центр огромной гостиной. Йеджи споткнулась, едва удержав равновесие. — Разденься. — Команда прозвучала спокойно, как констатация факта. Ни злости, ни страсти – только абсолютная уверенность в повиновении.