Война между оборотнями и вампирами закончилась, но проигравшие не хотят мириться со своим рабским положением. Сражаясь за свободу, они стали забывать - монстрами не рождаются, ими становятся.

Чимин думал, что впереди его ждала счастливая и легкая жизнь, но он и представить себе не мог, что будет стоять на руинах этой жизни и жаждать одного — возмездия.

Первая и единственная влюбленность Чимина — Юнги. Первая и единственная любовь Юнги — Чимин. Спустя одиннадцать лет молчания они вновь вспоминают об этом. А, может быть, и вовсе не забывали.

И будь всё трижды проклято — Чимин не знает, почему в ворохе запутанных, слепяще-ярких воспоминаний о том вечере он умудрился выцепить и запомнить его. Четыре буквы, два слога, одно имя. Вспыхивающий в воспалённом сознании я-не-могу-тебя-развидеть-взгляд. Хорошим мальчикам, вроде него, явно не место среди зрителей подпольных боёв (и уж точно не место рядом с их участником).

Чимин — травник, которому посчастливилось получить в наследство небольшой домик, надёжно спрятанный от посторонних глаз среди живописных склонов гор. Переезжая туда, он надеялся на спокойствие и умиротворение. Но вместо этого получил одного наглого призрака, захватившего его дом, бракованного перелесника и двух представителей нечисти, которые невзлюбили его с первого же взгляда. И эта нелюбовь — взаимная!

— Какого хрена ты тут делаешь? — хрипло бормочет, запоздало моргая. — Я… я хочу помочь тебе с гоном. Юнги издаёт недоверчивый смешок. Он бредит, наверное, да? — Ты серьёзно? (Из-за своей агрессивности Юнги не хочет проводить гон с омегами, а с одним конкретным — особенно. Пак Чимин заявляется без приглашения).