В жизни многих людей случается событие, которые делит их существование на до и после. И бывает всего два исхода, совершенно одинаково меняющие действительность на сто восемьдесят градусов. Но первый любезно преподносит великую радость и неизмеримое счастье, в то время как второй наносит глубочайшие увечья, вызывает кошмары по ночам, создаёт новые фобии. Страшно осознавать, что негативных последствий встречается чаще, чем положительных.

Но с недавних пор юный псаломщик стал замечать необыкновенные вещи: во время богослужения ему то и дело чудились чужие прикосновения, а дома, перед сном, Дюк порой ощущал странное напряжение от чьего-то присутствия. Даже ношение нательного крестика и молитвы в пределах собственного жилища не спасали от навязчивых галлюцинаций. После принятых мер к парню начали закрадываться мысли, не обезумел ли он случаем. Пока однажды одна встреча не расставила все точки над ъ.

Как хорошо же быть обычной домашней кошечкой! Никаких обязанностей, никакой ответственности ― просто лежи, спи, кушай, играй и гуляй себе день напролёт. И при этом тебя все бескорыстно любят, тискают и обнимают. Ну не жизнь, а мечта! Правда, иногда нужно мириться с некоторыми условиями: к примеру, иметь дело с вредными ветеринарами, назначающими противные лекарства или, что хуже, эти странные свечи, пугающими детьми гостей или новыми сожителями…

История одной фотографии.

Цветы ― очень нежные создания.

Казалось бы, идея создавать и пользовать роботов в качестве бойцов звучала неплохо: они вполне способны в непревзойдённом совершенстве владеть навыками сражения, разрабатывать тактику за считанные секунды, без трудностей предусматривать риски и действия противника; роботы не болтают лишнего, не требуют сна, пищи и отдыха, разве что передышки на элементарную подзарядку; а главное, они могут кровожадно уничтожать врага, не испытывая при этом ни капли жалости и сострадания к нему. Так ли это?..

Сейчас ему кажется, что жизнь решила лишить его последней надежды и втоптать Дюка в землю. Он способен слышать, как она смеётся, смеётся беспощадным истерическим смехом, хватаясь за живот и тыча в него пальцем.