Совершенно бедовая история. Казалось бы, хуже уже некуда, но нет, хуже только начинается. С одной стороны демонюга Луганов, с другой цербер Келлер, а еще есть красавчик Окс – спасение или только большее бедствие? До окончания школы осталось двадцать дней, но глупая шутка Кружанского превратит их в ад. Череда тяжелых драматических событий, которые снежным комом начинают своё вращение с первой главы и проносятся через всю историю, утрамбовывая и всю троицу, и тех, кто оказался рядом случайно.

Я снова буду ждать тебя дома.

Бон Вояж, ах этот Бон Вояж. На Мальте горячо не только днем и не только на улице.

Готье кивнул и загадочно, но тускло улыбнулся уголками губ:  — Оливия недавно нагадала мне, что я встречу свою любовь в этом году. Думаешь, стоит поверить?  Джером пожал плечами. Странно, но это прозвучало уместно, учитывая, что он и Готье едва знакомы, чтобы делиться подобного рода откровениями. Однако всё скрашивали выпитые порции огневиски, лёгкий туман в голове и шум разговора остальных за столом. — Попробуй. Всё равно ничего не теряешь.

Это история об учёном-омеге, который изобрёл препарат, позволяющий любому омеге решать, быть ему беременным или нет. Правительство, помешанное на контроле и деторождении, не должно узнать об этом веществе. Поэтому единственный способ - распространять лекарство подпольно, каждый день рискуя быть пойманным и преданным смерти. И где в этой жизни, полной тревог, найдётся место любви, от которой осталось одно название, а с плакатов картонно улыбаются лишь семьи с десятком детей?

В потерянном Неверленде Майка, где лишённому надежды и воли Венди методично ломают крылья, прочие мальчики живут собственные жизни, неведомые их лидеру. Истории Джона и братьев, Дока и Красавчика остались вне основного сюжета, но они не менее важны для полного его понимания. Часть из них гораздо важнее даже навязчивого томного шёпота, раз за разом донимающего в ночи: «Майк, — остужает загривок прерывистое дыхание, — это сделал…»

Партизанская война в оккупированной стране, любовь между теми, кто должен был стать врагами.

Несмотря на все, что с ними произошло, Юра и Володя решили дать шанс своей любви. Володя смог побороть своих внутренних демонов, справился с травмами и готов строить отношения с Юрой заново, но что насчет самого Юры? Бросив все силы на спасение Володи он, кажется, совсем забыл о себе, и нерешенные проблемы прошлого начинают его настигать. Юра и Володя ступили на финальный этап своей истории, но смогут ли они пройти по этой дорожке до конца, не потеряв друг друга?

– Вы же не думаете, что я забыла про ваш юбилей! – бодро рапортовала Тамара. – Зал забронирован, приглашения разосланы, меню согласовано. Правда, есть одна неувязочка. Сами понимаете, четырнадцатое февраля! День влюблённых. Хотя он теперь не в почёте, но народ, знаете ли, хочет любить! Рыбкин кивнул. Он тоже хотел любить. Причём не только челюстноротых и ракообразных. Подумаешь – сорок пять! Он, конечно, не ягодка, но вполне себе ещё огурец. Пусть даже и морской!

Очередное задание Центра, выданное ему три дня назад, было настолько скучным, насколько в принципе может быть скучным задание полевого агента с лицензией на убийство, разбой и некромантию. Последнее — совсем чуть-чуть и при условии, что никто не заметит. Это, впрочем, совсем не расстраивало: некромантия никогда не была его епархией, этой дрянью всегда занимался Бабаэль — когда-то по указанию Велиала, а теперь — для всех желающих и за деньги.

Он вернулся домой после армии в город, где мать утопает в алкоголе, а девятилетняя сестра держится за него как за последний островок спасения. Чтобы выжить и защитить её, он берётся за тёмные дела — тихо, скрытно… по крайне мере он так думает. Волк-одиночка, чужой среди своих. И однажды его заметил главный мафиози города. В этом мире хищники не отпускают добычу. «Попала лапа в капкан И ничего не остается. Дать на растярзание клыкам Таков вердикт и так придётся. И пусть охотник перебьется.»