Кисе – шестнадцать, и он который год подшучивает над Мелом. Как можно любить человека на протяжении стольких лет, если он неоднократно поступал плохо? Ване – за двадцать, он три года борется с последствиями неудачной подростковой влюблённости. Жизнь сводится к диагнозу в медицинской карте и затворничеству в четырёх стенах, и есть лишь один шанс всё изменить: написанная на эмоциях песня, ставшая хитом и приветственно распахнувшая дверь в музыкальную индустрию.

казалось, что после раскрытия дуэльного клуба дела не могут пойти хуже, но вот весь город в курсе кровавого происшествия у бассейна, Мел лежит на больничной койке, Гена в бегах, Киса и Хенк почти бесповоротно потеряли друг друга, а Рауль начинает мстить за задетое эго.

Говорят, время лечит. Говорят, стоит уехать – и всё забудется. Они отправились на поиски заветного счастливого будущего, но чужие улицы не дают забвения – только затишье перед неминуемой бурей. Страхи не забываются, а прошлое, оставленное позади, всегда находит дорогу обратно. ⌞ Постканон работы «верни мне меня» ⌝ .ᐟ

– Чё, Хенкалина, нравится, когда на тебя так запрыгивают? – Кис, ебанулся совсем? – Да чё ты, успокойся. Представляй кого хочешь, можешь даже училку с прицепом свою. Глаза закрой, я не ущемлюсь. Я подыграю даже.

ваня был частью компании, которую в школе все избегают и ненавидят больше всего. боря же был в числе тех немногих, кто их не боялся, из-за чего часто нарывался и отхватывал. но была некая закономерность: лишь ваня всегда находился где-то в стороне и никогда не бил. «среди них, но не один из них»

Когда от нахлынувших проблем сродни катастрофе хочется уйти в небытие или содрать с себя шкуру, приходит спасение. В ненависти и ярости. В неистовой похоти. В вечно возвращающейся неимоверной боли. И в осознании: любое спасение временно.

Их дружба никогда не была типичной. Обычно друзья так не обнимаются, обычно друзья не спят вместе, даже когда есть возможность лечь отдельно, не ревнуют к другим друзьям и девочкам, и не нуждаются друг в друге так сильно, чтобы потерять его ощущалось, как потерять часть себя. Но Хенк никогда не обращал внимания на эти странности, и не думал, что они могут что-то значить. По крайней мере не то, чем они оказались на самом деле. А на самом деле он даже не подозревал, как сильно в этом нуждался.