В глазах, которые не видели ничего, Минхо видел целую вселенную.

Виски пульсируют от нарастающего давления, и в ушах слышно лишь шум собственной крови, но Минхо не сдаётся. Никогда не сдавался. Облизывая пересохшие губы, он вглядывается в темноту и пытается вслушаться. Дикий зверь где-то близко. Но всё вокруг будто против одного несчастного омеги, и луна скрывается за облаком, забирая свой лёгкий серебристый свет. Минхо сглатывает и натягивает туже лук. Простой добычей он не станет. Ночь темна и полна ужасов.

Минхо отшатнулся, упав, и поспешил встать. Но как только он сделал шаг, сзади на него напрыгнул Чан, придавливая своей рычащей тушей к полу. Омега позорно вскрикнул, впиваясь пальцами в шероховатый ковёр. Он чувствовал широченную грудь своей спиной, и как огромный барс тяжело и шумно дышал ему в затылок, заставляя волосы встать дыбом, а чёрно-белые уши испуганно прижаться к голове. Они замерли на полу, как два больших кота перед дракой. Только не перед дракой.

Ли кошмарил Чана ещё с пятого класса, не имея сил отцепиться от парня. Тот никогда не мог постоять за себя, нормально ответить и даже убежать. Он вообще ничего не мог, кроме как зажиматься в углу и поправлять очки, что вечно сползали. Ну, а потом Чан как-то случайно оттрахал Минхо.

Во время съёмок фильма ужасов в старинном поместье происходит череда загадочных событий. Роуз начинает подозревать, что владелец замка — не просто человек, а настоящее порождение тьмы, леденящее кровь и разжигающее запретное желание. Удастся ли ей выбраться из ожившего кошмара, если зло притягательно и соблазнительно?

— Ты приехал сюда именно за этим, и мы с твоим папой это обговорили. — Старик нахмурил густые белоснежные брови и огладил усы. — Его тоже беспокоят твоё затянувшееся одиночество и последняя течка, когда ты на стену лез, а альфу всё равно не звал. И он тоже верит в то, что тебе это поможет. И потом, я не собираюсь объясняться с соседями о том, почему мой незамужний внук отказался участвовать в обряде Лунной вязи, нарушая законы нашей общины...

Чанбин хочет быть обычным подростком, а не инкубатором для старикана