– Красиво, – шепчет Хан, утыкаясь взглядом в ночное небо, в мерцающие звезды, а потом и в блестящие глаза друга. – Мы здесь практически каждые выходные и тебе всегда красиво, – тихий смех Ли – самая любимая мелодия для ушей Джисона. Он тоже улыбается.

от них остались раскраски, отзвучавшие песни, огромный свитер мелкой вязки, кассета 2002 года с французским мюзиклом «roméo & juliette: de la haine à l'amour» и драконы.

Его звали Хан Джисон. Он был обычным подростком. Любил поиграть в видеоигры, почитать глупые романы. Любил тёплые свитера и свои затасканные тёмно-зелёные кеды, которые он купил на распродаже в секонд-хенде. Он любил котят и не переносил кофе с молоком, ведь он действительно был ужасным. Недавно ему исполнилось семнадцать лет, и он оборвал свою жизнь.

— Ты съел весь мой бальзам, дурак, – хихикает младший, отходя от мужчины на шаг, чтобы видеть сытую улыбку на лице того. — Ничего страшного. Ты и без этого самый красивый на этом свете. Садись, – Бан открывает дверь машины, пропуская младшего на сиденье. Аккуратно захлопывает за ним дверь и спешит сесть на своё место.

созвездия и лунный свет отражаются в твоих глазах

Книжка про геев кажется Минхо одной сплошной шуткой, а потому ради такой же шутки он оставляет внутри пикантную записку с номером. Правда вот человек, который ему отвечает, оказывается не больным извращенцем, а тем, кто заставляет его задуматься, такой ли он устоявшийся натурал, каким себя считает.

— Итак, зачем тебе бокс? – спросил Минхо и сложил руки перед грудью. — Я… хотел бы научиться. — Просто так? Без единой причины? – глаза Минхо сузились. — Ну… эм… – в голове зазвучала сирена. — Я думаю, было бы здорово лежать под твоим накачанным телом и смотреть тебе в глаза? – пролепетал Джисон первое, что пришло в голову, сразив словесным торнадо Минхо наповал. — Что? — Что?

Поезд прибывает точно по расписанию, и Ли Минхо вот-вот увидит своего друга по переписке — Хан Джисона. Впереди у них — канун Рождества с ароматом горячего шоколада, прогулки по заснеженному городу, долгие разговоры, отведённый в сторону смущённый взгляд, и первая, наполненная волшебством, влюблённость.

Джисон никогда не верил в ужасы леса и страшные сказы по вечерам, лежа головой у бабушки на коленях. Но откуда же он знал, что лес прячет что-то большее, чем небылицы деревенских. Например, парень с красными, как огонек, волосами.