- Вы должны задержать его! - смотря другу в глаза, Ли еле сдерживал свои эмоции, - Минджи нужно спасти. - Где доказательства? Покажи мне сраные доказательства, Феликс Ли! - Хван сорвался на крик, - Именно поэтому я попросил, чтобы тебя отстранили, но ты всё равно ослушался. Почему ты такой упрямый идиот? - Я идиот..., - в голове засели лишь эти слова.

Принца Джисона собирались женить ради союза и заставить забыть о собственных желаниях. Но все меняется, когда его похищают. Минхо должен был стать угрозой, а стал тем, кого Джисон искал всю жизнь. И вместо побега обратно во дворец он делает другой выбор. Он остается. Потому что впервые чувствует, что может быть собой. — Я понял, что лишь утратив все до конца, мы по-настоящему обретаем свободу.

— Слушай, а во что обычно все одеваются? Как мне одеться так, чтобы не выделяться из толпы? — Хан, разгоряченный после горячего душа, сел рядом с Минхо на диване, — Вот в чём ты пойдёшь? Там есть какой-то дресс-код? Или можно прийти в чём захочется? — Оденься как обычно, но без линз, — смотря в разного цвета глаза, брюнету было тяжело оторвать от них взгляд, — Тебе так идёт гораздо лучше. Твои глаза делают тебя не таким, как все, а особенным.

— Ну Хан Джисон, — Минхо неожиданно схватил его за запястье, — Дай мне всего один шанс, пожалуйста. Если я тебе не угожу, то больше и на пушечный выстрел не подойду. Сердце ускорило свой темп, стоило было почувствовать чужое прикосновение. Джисон в ту же секунду освободил свою руку и косо посмотрел на соседа. Казалось, что выбор был очевиден, ведь шатен всегда придерживался своих принципов, но именно в тот вечер ему хотелось сделать шаг в другую сторону.

Забыть человека очень трудно, тем более, когда он подарил тебе незабудки со словами: "Не забывай меня"

Джисон очень хотел познакомиться со своим соседом. Но как произвести впечатление на спортсмена? Нужно всего лишь притвориться, что тоже любишь спорт, даже если это совершенно не так. — На счёт раз-два-три, хорошо? — предложил Минхо. — Да, так лучше. — Раз… два… три. Скакалка резко пошла вниз, а Джисон, решив вложиться по полной, подпрыгнул, подняв колени высоко вверх. Всё случилось в одно мгновение, и он не сразу понял, как его колено угодило прямо в чужой пах.

Ханахаки — это болезнь души, прорастающая сквозь тело. Когда любовь, невысказанная или отвергнутая, лишённая надежды на взаимность, не находит выхода вовне, она обращается внутрь. И тогда в самой глубине груди, в лёгких, начинает цвести неземной и мучительный сад.