Они вывалились из фургона шумным комом. Хотя были в человеческой форме, всё равно рычали, щёлкали зубами и толкались. Крупные альфы в чёрных футболках, штанах и берцах, бритые почти под ноль. Стоило из фургона высунуть ногу их мажонку, как волкуши дружно взвыли и полезли ему помогать. Мажонок в их помощи явно не нуждался, хохотал, пихал вояк-альф, выше себя чуть не в два раза, но всё равно встал на землю через их руки.

Потерявший жену Таннер Роу и бывший заключённый Коул Лаклан справляются с одиночеством на берегах Верхнего полуострова Мичигана. Найденный в полуразрушенном амбаре дневник 1948 года меняет их самих и их отношения — от случайных знакомых до…

На улице стоял мороз. Путешественники сделали остановку. Ева дрожит от холода, сжавшая в комок. «Это подходящий случай, чтобы ей понравиться!» — Гроуви закончил игру и с довольной улыбкой направился в сторону Евангелины.

Во дни стародавние жил-был князь Вольга со своей дочерью Ольгой. Полюбила она доброго молодца Федора, да налетела на их землю беда великая. Собрал князь дружину и взял с собою Федора — испытать его в деле ратном. Но не всё пошло как задумано. Случилось в тех краях такое, что не всякому рассказать можно. Обратился молодец в волколака лютого. С тех пор лежит перед Федором дорога долгая сквозь страх и сомнение, к тайнам запретным и своей судьбе.

—Они же встретятся? — спросила Любовь, сидя на облаке, поджав под себя ноги. —Конечно, детка, это же судьба! — ответила Судьба, стуча спицами и считая петли одними губами. — А вот полюбят ли друг друга? —Ну естественно! Это же тоже судьба!!! — возмутилась Любовь и откинула густую копну волос за спину. —Думаешь им это надо? — посмотрела Судьба на Любовь из под спущенных на кончик носа очков. —Надо. Им всем это надо! И героям и читателям. —Ну, раз так, то пусть так и будет. Всегда!!!

В серости. В убогом провинциальном городишке нашей необъятной. В убитой хрущевке, затерявшейся среди разбитых дорог и тянущихся ввысь тополей, жили были два брата, и всё бы ничего, только вот одного бес попутал, и воспылал младший к старшему грехом содомским, и превратились дни его в бесконечный ад на земле...