На восьмом курсе, после окончания войны, Гермиона остаётся в Хогвартсе на рождественские каникулы. Она думает, что проведёт их в одиночестве... Атмосфера оригинала — высокий приоритет. Чувство юмора и горячие сцены в наличии.

Что может быть приятнее, чем оценивать и проверять уровень комфорта нового круизного лайнера? Гермиона Грейнджер была на седьмом небе от счастья, когда увидела очередной объект работы. Только она пока не знает, что на борту есть еще один инспектор, который внезапно оказывается владельцем корабля, желающим тайно проверить сервис, отдохнув в круизе как обычный пассажир... И впереди неделя в открытом море. Эта работа о признании. И о том, что происходит с человеком, который его получает.

Все начиналось с вечеринки по случаю новой работы Джинни, но когда на нее заявился Драко Малфой, для Гермионы эта ночь закончилась не так, как она ожидала — во многих отношениях. Совершенно сбитая с толку, она погружается в работу и всеми путями стремится избегать волшебника, но это становится невозможным, когда Министр Магии назначает их на один законопроект. Не в силах больше игнорировать Малфоя, Гермиона вскоре обнаруживает, что в нем есть слои, которые ей еще только предстоит раскрыть.

Годы делились на месяцы, месяцы на недели, недели на дни. Те, в свою очередь, делились на минуты, секунды и мгновения. С одной стороны всё было просто, но с другой — невероятно сложно. Драко мог сказать, что мгновения имели свойства становиться неотвратимыми. Он сожалел о тех, что были или не были ему подконтрольны. Оказавшись в плену между выдуманными вариантами «а что, если?», Драко перестал хвататься за печальные мгновения. Моменты были моментами. И после этого осознания он потерял контроль.

А есть ли жизнь после смерти любимых? И что делать, если жизнь в одночасье полетела под откос? Когда после гибели отца сын становится изгоем общества, потому что собственная мать упекает его в стан врага. И как в этом случае заносчивому принцу Слизерина выжить в львином прайде Гриффиндора? Это история о переосмыслении, предательстве, взрослении и… о первой любви с той, жизнь которой также раскололась на до и после.

Гермиона всегда плохо относилась к изменам. «Если ты живёшь с любимым человеком — невозможно захотеть другого», — так думала она и была твёрдо в этом уверена.

Волшебный Мир находится на грани исчезновения, и стрелка роковых часов неумолимо отсчитывает его последние дни. А значит, Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер вновь должны отправиться на уже предначертанную им судьбой миссию: спасать мир. Правда, на этот раз их путь заведёт их...

Каково это - ощущать, что сам принц Слизерина, его высочество Драко Малфой, полностью оказался в твоей власти? Спросите об этом Гермиону Грейнджер. Как же она разыграет свои карты? Вдоволь поглумится над оказавшимся в затруднительном положении врагом или благородно протянет руку помощи? Главное - не поддаться легендарному обаянию и самой не попасть в дурацкий переплет.

— Наверное, влюбиться — всё равно что споткнуться и упасть с лестницы. Не совсем сознательное решение. Или AU, где Гермиона — серьёзный журналист, занимающийся расследованиями, а Драко Малфой — ловец-звезда квиддича. Парадоксальное сочетание.

— Разреши себе мечтать, Гермиона. И если ты будешь знать свою мечту в лицо, то тебе не понадобится зеркало Еиналеж.

«Просто поверить» — ничтожно малая жертва для спасения, но только если речь идет не о нем. Тогда это безумно высокая цена. Прошло восемь лет со дня, когда развернулась Битва за Хогвартс. Гермиона уже давно выкинула из головы мрачные картины прошлого, пока одна из них не решила о себе напомнить. И стоило бы рассмеяться ему в лицо, не будь в его глазах столько отчаяния.

Нечего на собрании отделов ноги распускать.

Вместе они были витыми проводами, обречёнными высекать искры — будь то гнев или страсть — и взрываться. Создаваемые ими осколки всякий раз разрушают её заново. Но в пиротехнике таится соблазн и наслаждение; волнение и немного опасности. Сколько раз можно взрываться и собирать осколки воедино, прежде чем окончательно погибнуть? Гермиона думает, что ради Драко Малфоя она могла бы делать это вечно.

Гермиона Грейнджер видела цвета, сколько себя помнила. Целые картины ярко сопровождали разговоры, создавая расплывчатый фон в повседневной жизни. Однако из всех оттенков, с которыми Гермиона сталкивалась, ни один не смог заинтриговать её так сильно, как тот, что принадлежал Драко Малфою.

Поэтому Драко Малфою остаётся довольствоваться лишь дружбой Гермионы Грейнджер. Как бы они не сходили с ума, на какой бы тонкой грани не балансировали и какую бы черту не провели. В конце концов, для секса у него всегда будут безымянные девушки. А для платонической любви — его Грейнджер, что бы там не говорил Блейз.

Гермиона разрывается между магическим и маггловским мирами, как медицинский исследователь и целитель, находящийся на пороге большого открытия. Драко — аврор, которому поручено защищать её от всевозможных неизвестных сил — к их обоюдному неудовольствию. Здесь вы столкнётесь с гиперкомпетентной, вспыльчивой Гермионой и вальяжным (читать: ленивым), но всё ещё опасным аврором Драко. Это слоубёрн 🔥

Чтобы по-настоящему узнать человека, нужно понимать, кем он был раньше, кем он стал сейчас и кем он может стать в будущем. Гермиона осознаёт двойственность одного человека, когда пересматривает своё представление о прошлом и начинает понимать, кем Драко Малфой является теперь: отцом, сыном и мужчиной.

— Гарри, — начала Гермиона, стараясь контролировать дрожащий голос, но в это же время ощущая, как паника стала сковывать горло, — почему Драко Малфой так громко кричал что-то о своей... — это слово едва не задушило её, когда она наконец смогла его произнести: — жене? Приквел, который лучше читать после «Ждать и Надеяться»: https://ficbook.net/readfic/10089466

— Что было тогда утром, Грейнджер? Что ты стерла? — голос высушенный. Стерильный. — Мы не просто переспали? Как же тяжело дышать. Воздух густой, колючий. Драко проталкивает его, удивляясь как не давится. Как корсет ребер не ломается от прилагаемых усилий. — Почему ты молчишь? — с надрывом. Громко. Больно. Она смотрит в пол. Даже глаза не поднимает. Ничего не делает. Уничтожает его своим бездействием. Больше нет сил ждать. Он сделает все сам. — Легилименс.

С губ Нарциссы Малфой так легко слетело предательское «Поттер жив»… Пожалуй, именно это и стало последней каплей в хрупкой чаше терпения Драко.