У Дженнет Маргариты милое лицо, сапфировые глаза — признак принадлежности к императорской семье, сидящей у неё в горле костью, — вымученная улыбка на губах и воспоминания о прошлой жизни. В этой жизни у Дженнет Маргариты нет ни единого человека, которому она могла бы полностью доверять, а её подозрительный папаша, прилипший к ней как хвост к собаке, только больше раздражает, вызывая новые мысли о побеге.

У Аурелии мёд плавится в глазах, золото рассыпается в волосах и туманом в голове стелятся воспоминания из прошлой жизни, которую она предпочла бы забыть. Аурелия танцует подобно фее, подражая сестре и стремясь обрести свободу. Аурелии разбивают сердце в девять лет, когда родной человек покидает её навсегда. !AU: попаданка в младшую сестру Дианы.

Её жизнь оборвалась внезапно — в тот момент, когда она начала по-настоящему жить. Смерть не спрашивала разрешения. Она просто пришла — быстрая, нелепая, как плохая шутка судьбы. Но вместо света в конце туннеля — трещина. Белый мир лишеный других красок, звуков и запахов, со своим хозяином который наблюдал за другими историями и повелевал этим местом. В белом пространстве, она вцепилась за второй шанс. На еще одну жизнь и вмешательство в историю, в которой казалось бы, давно поставили точку.

И вот на пороге вечности, где «душа» должна отбросить бремя прожитых жизней, случается немыслимое – воспоминания остаются. Перерождение в принцессу обернулось жестокой иронией судьбы, ведь в восемнадцать лет жизнь оборвется от руки самого близкого человека. Выжить – долг. Но чего это будет стоить? Удастся ли сохранить себя, или я стану лишь марионеткой в руках чужой судьбы? И главный вопрос, затаившийся в глубинах разума: чьими воспоминаниями я живу на самом деле?

Из Босса мафии крестная фея откровенно так себе, но даже этого вполне хватит, чтобы спасти этого несчастного запуганного ребенка.

Атанасия не хотела убивать. Жаль, что пришлось научиться >она не хотела умирать

Девочка полную кубок наливает медовой лжи и бесстрашно подносит к губам - горло сводит от яда. Она руками холёными, что в кровь изранены, лениво на кружевной салфетке из осколков хрусталя выкладывает слово В е ч н о с т ь