Аукцион «Fortuna» — место, где состоятельные люди могут приобрести ценный товар. Начальная ставка Ким Тэхена — семнадцать тысяч долларов. Кто даст больше?

— Твоё сердце такое же ледяное, как и твои глаза! — зло бросил Чонгук супругу. — Зато Ваше сердце такое огромное, Ваше Величество, — принц посмотрел прямо в глаза Чонгука, — что там есть место для большого количества омег. — Ты ревнуешь? — недоверчиво спросил молодой король. — Тэхён! Это правда?! Ты меня ревнуешь?!

— Тэхен, два часа ночи! Если это не вопрос жизни и смерти, давай подождем до завтра. — хриплый голос на другом конце звучит устало и вымучено. — Это как раз-таки он.

- Ты можешь делать всё, что душе угодно, я смирюсь. Но развестись даже не пытайся.

Сложно жить в мире, где все решают деньги и статус, и при этом оставаться собой внутри. Если ты не такой как все, тебя просто сожрут. И Чонгук научился абстрагироваться — дома он один, за пределами — другой, как и положено его уровню — надменный альфа, любящий деньги, тачки и омег.

- А мы точно говорим об одном и том же проекте? - уточнил Джин, усмехаясь. - Ну, хён, не начинай. - закатил глаза Чонгук. Его всегда поражала проницательность менеджера.

Чонгук не рассчитал, что мужчина стоял слишком близко, и любимая еда всех железных коней расползлась грязной кляксой на его раздражающе чистой рубашке. — Вот же блин, — Чонгук прикусил губу и растерянно посмотрел на незнакомца, который немедленно начал звереть. — Прошу прощения, я не хотел. — Не персонал — чёрт знает что... — Эй, я ведь извинился! — Да, мне страшно полегчало. Омега в последний момент успел захлопнуть грубияну люк бензобака, и кабриолет сорвался с места в карьер.

Чон Чонгук — его первая и единственная любовь, с которым он расстался на третьем курсе университета, выходит, что уже шесть лет назад. Чертовски долгих шесть лет, надо сказать. И теперь этот омега, заняв кресло генерального директора, стоял прямо перед ним, смотрел оценивающе, прожигая насквозь своим тяжелым взглядом, да поджимал зло губы, те самые, которые Тэхён когда-то с упоением целовал.