Когда после войны в её жизнь вошёл Драко Малфой, он изменил её. Когда Гермиона Грейнджер ушла, то от неё осталось лишь эхо. Прошло пять лет, Гермиона работает целителем-паллиатологом в Св. Мунго, борясь с новым недугом, разрушающим магическое ядро человека, а Драко Малфой продолжает проводить исследования в Отделе тайн. Когда их пути вновь пересекутся, смогут ли они отбросить гордость и заново открыть в себе романтические чувства, которые их раньше связывали? Или у судьбы другие планы?

«31 октября одиннадцатилетняя девочка приведет этот мир к концу». Так, во всяком случае, гласит пророчество, и всем известно, что они имеют свойство сбываться. К счастью, в этом мире существуют сомнительные герои в виде Гермионы Грейнджер и Драко Малфоя, которые самоотверженно согласились отложить в сторону свою взаимную ненависть и бесконечную череду розыгрышей, чтобы найти ребенка и остановить апокалипсис. Но правильный ли это ребенок? Драмиона, вдохновленная «Благими знамениями».

— Так что, я теперь среди «крыс»? — прозвучал позади спокойный с ноткой самоуверенности голос. Гермиона даже не стала оборачиваться, ведь знала, кому принадлежал вопрос. — Что-то типа того, — ответил Симус, настороженно глядя на «новичка». — Глупое название, — парень подвинул первокурсника, сидящего рядом с Гермионой, и плюхнулся возле девушки, стукнувшись с ее коленями. — Крысы сразу бегут с тонущего корабля, а мы почему-то застряли.

Спустя четыре года после окончания Второй магической войны в Волшебной Англии начинает набирать силу возрождение Пожирателей Смерти. Чтобы положить конец этому движению, у Министерства нет другого выбора, кроме как завербовать заключенного в Азкабан Драко Малфоя и назначить Гермиону Грейнджер его куратором.

О неправильном выборе, искуплении и счастье. Постканон. Восьмой год в Хогвартсе, и то, что было после. Гостиная старост — отправная точка. События будут развиваться далеко за ее пределами.

Гермиона Грейнджер — воплощение ума и силы духа. Драко Малфой - олицетворение богатства и привилегий. Встретившись вновь через десять лет после Второй магической войны, они не слишком впечатлились. Но когда обстоятельства сводят их вместе, неприязнь превращается в притяжение, притяжение — в страсть, а страсть может перерасти в нечто большее...

Восьмой курс Хогвартса. Каждый носит свою маску: Пэнси и Тео делают вид, что им всё равно, но равнодушие трещит по швам. Гермиона и Драко вынуждены работать вместе — оба уверены, что это закончится катастрофой. Но что, если привычные роли сломаются? Что, если двое «равнодушных» окажутся слишком вовлечёнными, а двое «заклятых врагов» — слишком близкими? И кто знает… может, в этой истории о боли, масках и упрямстве найдётся место не только для искренней дружбы, но и для любви?..

«И все на свете нужно пережить Ведь каждый финиш - это старт по сути» Если Волдеморт мёртв, то это ещё не значит, что Пожиратели отступили. Жизнь — это шахматная доска, где цвет клетки определяет твой ход. Как известно, первый ход за белыми, но когда чёрные придерживались правил?

Гермиона - единственная, кто обнаруживает Драко плачущим в мужском туалете. Однако он тут же исчезает. Она следует за ним в Выручай-комнату, и Комната заставляет их обоих столкнуться со своими главными страхами в надежде отыскать выход.

Мы были противоположностями друг друга. Как плюс и минус на магните. Как день и ночь. Как Золотая девочка, которая стойко прошла войну и выжила, и бывший Пожиратель смерти. Если она всегда восклицала «О Мерлин!», то я привык говорить «Дьявол». Она была ещё не испорчена этой жизнью, а я давно уже. Она верила в искреннюю и чистую любовь, я же смеялся над любыми проявлениями чувств. Это противостояние света и тьмы могло продолжаться бесконечно, но я проиграл. Проиграл, когда влюбился в неё.

Посттравматическое расстройство. Такой диагноз мне поставили в Мунго. Вот только он неверен, и я продолжаю мучительно умирать от неизвестной болезни. Росток надежды прячется внутри, он с каждым днём увядает от боли, но продолжает шептать, что я выживу. Вынуждает цепляться за него, как за остатки здравого смысла, хоть это и сумасшествие во плоти. Но я, наивная, верю.

Гермиона сочла особо уместным, что начало и конец ее взрослой жизни отмечены похоронами. Наконец, она встала и подошла к его надгробию. Взяв горсть земли, бросила ее на могилу. Нет, это было не прощание. Это было освобождение.

Она не была готова стать той, кто без разбора убивает тех, с кем ещё недавно сидела за одной партой, но когда этот момент настал, рука не дрогнула. Гермиона всегда считала, что нет ничего страшнее смерти близких, но Волдеморт наглядно ей показал, как она ошибалась, когда сделал одной из своих последователей. И надежды на спасение не было, пока в её жизни не появился Драко Малфой. Тот, когда она не думала снова увидеть будучи мёртвой в живом теле.

Когда Гермионе начинают мерещиться странные видения, а Хогвартсу угрожает опасная магия, старые недруги заключают союз.

Гермионе Грейнджер 27 лет, а её жизнь рушится. Обманутая, без квартиры, с нелюбимой работой, она решает изменить кое-что — записаться на курсы и попытаться продвинуться по карьерной лестнице. Но перемены никогда не даются легко, особенно когда их толчком становится старый враг...

Драко Люциус Малфой. Бесполезный Пожиратель смерти. Испытательный срок в Министерстве обязывал его не высовываться и держать язык за зубами. На первом же задании ему поручают расследовать заброшенное поместье Пожирателей смерти, в стенах которого хранится не один секрет. Застряв с единственной ведьмой, согласившейся работать с ним.

Гермиона и Драко поневоле становятся напарниками-аврорами. Хитроумная Гермиона и саркастичный Драко (скрывающий огромный секрет). Вместе они раскрывают преступления, попадают в неприятности и, в конце концов, влюбляются друг в друга, как идиоты, коими они и являются.

Война не место для любви?

Когда после смерти Волдеморта Беллатриса Лестрейндж захватила власть над миром волшебников, остатки Ордена продолжили борьбу. Спустя семь лет Драко приносит Гермионе частицу магии, которая может стать ключом к окончательному завершению войны. Вместе они уничтожат Беллатрису Лестрейндж... или погибнут, пытаясь.

— Если я скажу, что крестражей существовало восемь? И есть ещё один человек, чьё нутро было запятнано не меньше, чем душа Святого Поттера.