-...Меня порядком утомили ваши глупые игры. Но, так уж и быть, если кто-то из вас всё же захочет самоубиться, то пожалуйста. Мой верный последователь с радостью повторит для меня сегодняшнее шоу - Вэй Дун всхлипывает, наблюдая, как Наследный принц небрежно опускает свою вторую руку на чёрную макушку непревзойденного демона, всё это время, покорно застывшего в глубоком поклоне, словно боявшийся неосторожным движением потревожить чужой монолог...

“Он мой?” Тонкие изящные пальцы сжимают длинную прекрасную шею, надавливая на быстро бьющийся пульс. “Только мой? Ничей больше?” Вторая рука скользит по напряженной талии, сжимая крепкие бока, размазывая алую кровь, что тут и там смазанными разводами покрывает прекрасный тренированный торс мужчины под ним. “Он ведь не уйдёт? Он останется со мной до скончания веков?” Принц склоняется, проводя кончиком носа по линии острой челюсти, обдавая дыханием бледную поверхность

Гегемония веры — Это ООС мир с дарк Се Лянем, который пытается излечиться от своих травм и преследующих кошмаров прошлого. Сломленный он ищет возмездия за то, что ему довелось пережить, и решает использовать в своих целях Алое Бедствие, Хуа Чэна. Гордый, склонный к жестокости, но скрывающий это за добрыми улыбками принц прибывает в город призрак.

ХорниСтекло, где Дарк!Се Лянь отвергает Хуа как возлюбленного или друга, но соглашается на подчиненного, используя лишь как орудие убийства, чтобы взойти на место владыки небес, а князь демонов становится его цепным пёсиком, готовым унижаться как тот пожелает...

Безликий Бай и Умин вместе ухаживают за Се Лянем после ста мечей. Умин хочет отомстить. Умин и Се Лянь занимаются любовью в разрушенном храме Сянлэ.

Как быть, если твой Бог расходится в своих же желаниях, отдавая столь противоречивые указания? На самом деле всё просто. Божество не обязано быть последовательным и вольно иметь бесконечное количество желаний, даже конфликтующих самих с собой. Угодить каждому из них была ответственность исключительно самого верующего. Или Маленькая уютную зарисовка о том, как Хуа Чэн и Се Лянь любуются звездопадом.