Жизнь Тэхена - мечта любого омеги. Он из очень обеспеченной семьи, учится в престижном университете, встречается с самым популярным альфой университета, а его томный взгляд и капризный изгиб губ - причина бессонных ночей многих альф. Но что-то идет не так после одного лишь вопроса от татуированного альфы, одиноко курящего на улице: - Почему ты без куртки?

... от омеги вдруг пахнет другим альфой.

Омега Ким Тэхен живёт двойной жизнью. Одна её часть где он красивый омега, сын влиятельных родителей, а другая - невзрачный бета, волонтёр благотворительного фонда. Что станет с его жизнью, когда его поставят перед фактом скорой свадьбы с сыном партнёра по бизнесу его отца?

У Ким Тэхёна всё просто. Он просто красивый. Просто умный. Просто сын богатых родителей. У него просто замечательная лучшая подруга. А ещё он просто спит с отцом этой самой подруги. Последнее ему даётся, пожалуй, проще всего.

- Да до меня его только ветер ласкал! - Ну-у, Чонгук, тут ты, конечно, загнул. Тэхёну твоему почти сорок. Ну какой ветер, ты о чём? Вразумлять человека на эмоциях всегда являлось делом провальным. Особенно если это гамма. Особенно если с недотрахом. Особенно если его муж не заглядывал домой уже несколько дней. Но Ёнджун героически держался. И молился, чтобы Ким Тэхён поскорее решил все свои дела и забрал своего дражайшего супруга. Au, в котором Чонгук слишком быстро принимал решения.

Отец Чонгука хочет женить своего сына на омеге, который принесет успех его бизнесу. Чон же хочет в очередной раз доказать, что он взрослый самостоятельный мужчина и плясать под его дудку не намерен. Поэтому альфа дает объявление, в котором ищет фиктивную пару, чтобы предстать перед семьей. Но кто же знал, что этим омегой окажется парень, в которого Гук был влюблен еще в старшей школе?

Техён омега, студент 1 курса Сеульского художественного университета. Он довольно из богатой семьи, родители его любят и никогда не обижали. У него самый лучший друг на свете. Его жизнь похожа на самую настоящую сказку. Но...

Тэхен точно знал одно. На поводу у родителей он не пойдет. И в навязанный брак не вступит. И как ни крутил цепкий ум будущего юриста всю ситуацию, складывалась она не в пользу парня. Решить её можно было только радикально. Тэхен понял, что должен уйти из дома и начать самостоятельную жизнь.

Тэхен так гармонично вписывался в окружающую действительность, так естественно смотрелся среди белоснежных домов, голубого неба и синей глади Эгейского моря и транслировал вокруг себя атмосферу роскоши и довольства. Ким походил на разнеженную кошку, готовую, однако, в любой момент собраться и совершить стремительный прыжок. Он, будто почувствовав на себе пристальный, изучающий взгляд Чонгука, обернулся, не доходя до первой ступеньки и с улыбкой отсалютовал тому. Альфа был покорен.

Вернувшись в гостиную, Чонгук сел за стол и решил поесть. До Нового года оставалось еще три часа, и мысли его постоянно возвращались к коробке, стоящей в коридоре. Чон представил, как кто-то, возможно, очень ждет эту посылку, переживает, смотрит на часы, что вот-вот придет доставщик и принесет подарок. А доставщик не придет, потому что посылку уже вручили… И Чонгук решил прогуляться и отнести посылку адресату. Тем более, тут недалеко, какие-то пара кварталов...

Чон Чонгук случайно узнаёт об омеге, который крутит романы одновременно с пятью несвободными альфами, где каждый из них оплачивает все его прихоти и потребности, думая, что он у того единственный. Ведомый любопытством Чонгук просит друзей показать ему фотографии этого Ким Тэхёна, в то же мгновение понимая, что согласен стать его шестым.

Розовый символ гламура и капризов оказывается втянут в брачный контракт, где его «женихом» становится альфа, которого невозможно вывести из равновесия. Или всё же возможно? Каждый каприз — проверка, каждая провокация — игра, где ставкой становится не просто сердце, а право быть настоящим собой.

«Секс только по желанию», — прокручивает он в голове слова управляющего, когда делает очередное вращение. «Кнопка вызова охраны», — следующая мысль, но зачем ему охрана? «Вызвать, чтобы спросить, что делать? Почему нет инструкций на случай внезапной истинности?» — эта мысль настолько сильно отвлекает, что он снова падает, как на основном выступлении.

– Ты был прав. Я действительно ребенок, – голос был тихим, но в каждой ноте звенела усталость. – Я думал… если мы дадим друг другу время, узнаем лучше, то сможем построить семью. Пусть не на любви, но хотя бы на доверии. На уважении. Я больше не буду навязываться тебе. Можешь спать с кем хочешь.