от тебя и от судьбы мне не уйти (на оккупированной территории)

В огне войны легко сгореть без остатка, превратиться в пепел и не восстать. Война давит, крушит, ломает и убивает в нас людей. Едва ли в ней можно найти человечность и сострадание.

На войне не спрашивают, чего хотят солдаты. На войне не разрешают относиться к врагам, как людям. И уж тем более нет преступления страшнее, чем испытывать к врагу чувства. Но сердце нельзя заставить слушаться приказов.

Март 1944 года, лагерь для военнопленных на северном Урале. Молодой лейтенант, признанный негодным к службе из-за ранения и пленный солдат вермахта работают вместе в лагерной библиотеке.

Зная, что действует не по уставу, Эрик все же решил забрать ребенка в свой дом и сохранить ему жизнь. Спасти хотя бы одного ребенка.

Тайные встречи, такие долгожданные и редкие, нежные поцелуи и горячие прикосновения, будоражащие сознание. Это единственное, что у них осталось.

Эта небольшая зарисовка поведает о том, как на войне встретились два совершенно одинаковых парня. И цель у этих парней только одна — выжить в этой мясорубке. И они, может, если бы не встретились, и не узнали бы, что люди по разные стороны баррикад могут быть так похожи.

Когда партизан встретил немца, то не стал стрелять. Когда немец встретил партизана, то влюбился. Случай дал начало их порочной связи. Но быть врознь они не могут, ведь как иначе жить среди душевных терзаний в давно потерявшем счёт времени? Когда немец рядом, опускается ноша военных тягот, и можно хоть немного побыть человеком, заслуживающим покоя, который у него забрала война

1942 год. Холод и вправду может объединить людей, даже таких разных.

Блокадный Ленинград. Вербин обнаруживает в одной из квартир истощённого мужчину, который уже не может встать с кровати. Он решает помочь ему, потому что только так, кажется, можно не сойти с ума...

Владимиру едва исполнилось восемнадцать, когда его призвали в армию и отправили на линию фронта. Тут правила просты: врагов убивать, своим помогать, Родину защищать. Жизнь простого солдата ничего не стоит, но Вова был другого мнения. Найдя неподалёку от окопа раненого безоружного немца, он, не думая, направил на него оружие, но не выстрелил.

Я впервые поцеловал его, когда мне цепануло ухо шрапнелью.