...Я пишу, что меня зовут Ру. Я не умею быть счастливым, вечно творю хуйню и обижаю людей, которых обижать не хочу...

Отец Валеры купил двушку в городе, куда Валера тут же радостно переселился из универовского общежития. Но счастье Валеркино не продлилось долго, и папахен подселил к нему какого-то дальнего родственника из деревни Лобнянка. Родственничек оказался той ещё личностью: автозвукер, турникмен, водятел, быдло лобнянское обыкновенное. И сначала Валера хотел от него избавиться, но потом… Оказалось, иметь в хозяйстве такую зверюгу — очень удобно, а доводить его гейскими шутками — весело.

Они случайно встретились много лет спустя. Один — преуспевающий архитектор, проживающий свою спокойную, устроенную жизнь и врачующий разбитое под новый год сердце, а второй — дворник. Совершенно разные судьбы, характеры, привычки, взгляды на жизнь, но они столкнулись однажды в сильный снегопад, и былая тёплая дружба, понимание, связь появились вновь, вопреки всему, а может, и благодаря этому разному-сложному всему.

Илья всю жизнь прятался сам от себя, яростно отвергал свою сущность и к тридцати годам более чем преуспел в искусстве самообмана. Дом, работа, медитации, разведение фиалок и четкая жизненная позиция... И всё в одночасье насмарку из-за солнечного урагана по имени Пашка!

Женька устраивается на работу в архив организации, где работает мать, чтобы помочь денежно семье после армии. Там он знакомится с инспектором Дмитрием «Медведем» Потаповым, грубым и замкнутым социопатом, который на самом-то деле оказывается очень чувствительным и совершенно незлобивым «мишуткой», потрепанным жизнью. У медали всегда две стороны.

Когда ты решаешь выпрыгнуть из окна четвертого этажа, ты ждешь, что умрешь, и совсем не ждешь, что выживешь, став инвалидом. И, очнувшись в больнице, ты не ждешь услышать, что родители продали тебя, навсегда вычеркнув из своей жизни. Теперь тебе придется жить с парнем, которого ты ненавидишь, и, кажется, это взаимно. Похоже, твоя вторая жизнь тоже не удалась… Хотя кто его знает, она ведь только началась.

Путь к сердцу мужчины таки лежит через его желудок. (околокулинарный роман)

Двое мальчишек примерно семи лет носились на улице, когда один из них упал и начал хныкать, второй его успокоил: - Не плачь, до свадьбы заживет. - Да когда ж мы уже ПОЖЕНИМСЯ?!!! Мальчики растут, дружат, всегда вместе, практически братья, но любовь, которую они начинают чувствовать друг к другу, совсем не братская. Да и коронная фраза "до свадьбы заживет" проходит красной нитью через их жизнь.

Избитый сюжет: натурал соблазняет натурала, а может он не такой уж натурал, как кажется ему самому?

Почти нечаянно попал в аварию (ему не стыдно, что сел за руль с поломанными руками, Матвею в принципе стыдно не бывает никогда). Почти успешно сдох (не то чтобы он пытался, просто не захотел слишком близко знакомиться с бампером джипа на встречке). Почти случайно поцеловал какого-то громилу (с хера ли он так похож на недосягаемого возлюбленного, от которого сбегал Матвей?). И что теперь? Да ничего. Вот этот хрен в косухе и татуировках сильно пожалеет, что не дал Матвею тихо сдохнуть в канаве.

Впервые Ставр его увидел в переходе. Взгляд сам зацепился за проеденный молью рукав серого пальто. В дыру торчал острый локоть. Парень был весь тоже серый, с пепельными волосами, словно пыль по углам нежилой комнаты и совершенно слепой. Ангел просил милостыню и чуда. Второй раз Ставр выловил горемыку штормовой ночью на железнодорожном мосту и просто оставил себе. Потому что не мог не... История со счастливым финалом и запахом просоленного известняка.

У Ульриха мягкие, карамельные губы и потрясающе вкусный рот. Он целуется с жадностью голодающего, попавшего на день открытых дверей в ресторан с тремя мишленовскими звездами. От него разит теплом и дорогим алкоголем. Дыхание проскальзывает по гортани вместе с норовящим забраться поглубже языком. У него во рту патока и кленовый сироп. Словно Анар пытается проглотить парующий кусочек яблочного штруделя с медом и ноткой шнапса.

Если чиновник средней руки и средних лет, прячущий за цинизмом и самоуверенностью свою человеческую несостоятельность, встретит однажды парня — не слишком образованного и воспитанного, но честного и чистого душой, — то с ними могут произойти совершенно непредсказуемые события. И любовь — только одно из них. — Это очень особый мальчик! — Особый в смысле исключительный или в смысле специфический? ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: возрастное ограничение 18+ Работа не предназначена для чтения лицами младше 18

От матери Майклу досталось мятежное ирландское сердце, от отца - немецкая педантичность. Ему всего двадцать, и у него есть мечта: вырваться из своей нищей жизни, стать каскадёром, сняться в кино. На пути к ней мотоцикл не подведёт, ведь он знает в нём, как родную, каждую гайку. Но что, если подведёт неспокойное ирландское сердце? Что, если он влюбится без оглядки в того, кто ему не ровня, и на дороге к мечте, стремительной и прямой, влетит в катастрофу?

Молодой человек случайно, по пьяни, проговаривается своему сокурснику, что влюблен в него. Тот только поржал в ответ, намекая, что, пока Михаил при своих мудях, им вместе быть не суждено. Но судьба сталкивает их вновь, и два юноши попадают в командировку. Где Юрий вместе со своим дружком решают изнасиловать Михаила по простой причине – полное отсутствие баб. В разгаре процесса на троицу обрушивается сначала медведь, а потом до кучи еще и егерь вместе с собакой.

У него на роже написано «не влезай, убьет», а твое любопытство все равно сильнее инстинкта самосохранения?

Как тебе такой план? Жизнь твою раздолбать и сбежать, оставив все позади, включая тебя, твои цели и мечты. Чтобы ты, сука, догнал, откопал грязь из прошлого и напомнил, что мудакам нет прощения.

Деньги решают все: с кем ты будешь спать, переедешь ли однажды в город мечты, оставив в прошлом путаный кошмар последних лет; кто будет тебе улыбаться и считать хорошим малым, а кто кинет завтра, будто ты ничего не значил. Только одного деньги не решают. Но это совсем другая, не про Сашу, история.

Два школьных друга, вместо того, чтобы готовиться к выпускным экзаменам, занимаются углублённым изучением друг друга.

Конечно же первое, что сделал Митька, когда вернулся в собственный кабинет, это нашел списки оперативников и без труда по фото вычислил искомого индивидуума. Андрей Морев, тридцати четырех лет от роду, старший оперативник в группе, капитан, с безупречным послужным списком, кучей благодарностей за успешно выполненные операции и без единого выговора. Судя по характеристике — ангел во плоти, не пьет, не курит, естественно не привлекался. Слишком идеальный, чтобы быть настоящим.