Ричард Стерн из тех людей, которые любят и умеют ценить одиночество. Однако, когда ему приходится приютить у себя коллегу брата, весь его выстроенный по кирпичику мир-на-одного рискует дать трещину. Гэвин Рид просто-напросто невыносим — и только. Не так ли?

«Да отвалите вы от меня! – однажды вспылил Гэвин в ответ на очередной драматичный монолог фармацевта о неотвратимой встрече с его Истинным, которая поставит крест на всей этой эпопее с подавителями. – Не встречу я его никогда!» И охренительно проебался с этим громким заявлением.

Как говорится, если жизнь даёт тебе лимоны, сделай из них лимонад.

Гэвин Рид вообще никогда не отличался способностью делать правильный выбор по жизни: если проще, его фото могло бы иллюстрировать значение слова «идиот» в новейшем толковом словаре английского языка – его феерические проёбы варьировались где-то между выбором трусов в горошек для той-самой-первой-ночи-с-девчонкой и-и-и… И – вот. Бессмысленной, не имеющей оснований, объяснения и права на существование влюблённостью в ходячий дилдак.

Гэвину Риду приходят анонимные письма. Гэвин не в восторге.

Гэвин с девятнадцати лет находит себе временных партнёров на каждую течку. Он привык к тому типу альф, которых может привлечь его поведение, и ему всё равно. Какая разница. А вот Найнсу не всё равно. Слишком много раз он видел, как Гэвин приходит в участок после течки весь в синяках, и, когда ему предоставился шанс уберечь его от этого, Найнс воспользовался возможностью. (Если и были другие причины, по которым Найнс так ждал подобной возможности, Гэвину об этом знать необязательно.)

...Это было уже слишком: одно дело – когда ты одиноко гоняешь в кулак за просмотром киберпорно, и совсем другое – когда у тебя встаёт от того, что говорящая консервная банка вылизывает тебе рот.

Когда Гэвин Рид поступал на службу в полицейский департамент Детройта, никто не рассказывал ему о том, что однажды ему придётся флиртовать с новым подозреваемым по так и не раскрытому делу, чтобы выяснить, имеет ли тот отношение к убийству. Впрочем, всё когда-то бывает впервые.

– Ты в самом деле предлагаешь мне это, – неверяще шепчет Гэвин, сжимая накопитель. – На серьёзных, блядь, щах предлагаешь закачать слепок личности моего мёртвого мужика в его пластмассовую копию. Это… это безумие, Эл. Безумие, абсурд, предательство, в конце концов. Элайджа смотрит на него почему-то с жалостью. – Нет, Гэвин, – ровно отвечает он, – это – твой второй шанс. [AU, в котором RK900 – андроид, полностью идентичный внешне погибшему Ричарду Стерну.]

Модель GV200. Андроид-полицейский. Немного устаревший — на фоне последней линейки “Киберлайф”, — но восхитительно функциональный. Утяжелённый титановый корпус, усовершенствованные сенсоры, высокая лабильность протоколов социальной интеграции и… — Так и будешь пускать на меня слюни? …отвратительный характер.

Кибертехник и бывший полицейский Гэвин Рид покупает для ремонта и перепродажи пострадавшего в перестрелке андроида, и это сильно меняет его жизнь. К лучшему, разумеется, но к этой мысли ещё надо привыкнуть.

После восстания андроидов Коннор остался в Департаменте Полиции Детройта. Хорошо. Гэвин может с этим смириться. Этот уёбок стал намного более человечным, чем был когда-то, к тому же он неплохой детектив. Гэвин может смириться с его присутствием. Но вот с чем Гэвин смириться не мог, так это с копией Коннора; на шесть сантиметров выше, голубоглазый, и Гэвин не знал, то ли ему хочется втащить по этому лицу, то ли искусать его губы. Модель RK900 определили ему напарником на ближайшее будущее.

Когда RK900 стал девиантом, у него появились новая работа, множество непонятных эмоций и Гэвин Рид. Последний, безусловно, заинтересовал его больше всего. "Fuck pride" от лица RK900.

Первый раз сердце Гэвина Рида, тяжело раненного при исполнении им служебных обязанностей, остановилось ещё в машине скорой помощи.

18+ — Я хочу мою мечту. — Они молча смотрели друг на друга, за стеклом выл ветер. — Это слишком много? — спросил Коннор наконец. И Гэвин помотал головой. — Нет. Не слишком.

18+ обычный день накануне Хэллоуина, ведьмак соврать не даст)

— Ага, — мрачно ответил Гэвин. — Явно сработаемся. Одно он мог сказать наверняка — посетившее его в этот момент чувство было совершенно взаимно.