Намджуна, сеульского рэпера, заносит в глушь. В глуши есть Джин, другая жизнь и сбор урожая. История о том, как клубника может повлиять на принятие решений.

— Его убьют, — шепчет Намджун, впиваясь в толстую решётку и не сводя взгляда с Арены. — Это безумие! Он же не боец, это все знают! — Люди хотят зрелищ, — ровно отвечает Тэхён, глядя на то, как парень одной рукой кидает мальчика через всю Арену, как тот пытается смягчить удар сгустком энергии, чтобы протянуть ещё немного и упасть в пыль не просто изломанным телом. — На нас уже не так интересно смотреть, как на то, как боец мордует беззащитного лекаря. Мы всегда побеждаем. А где Юнги?

— Так… почему Винсент? — негромко спрашивает он, но в ответ получает негромкий храп. — Блять, — вздыхает Чонгук, откинув голову на спинку сиденья и прикрыв глаза.

Самой большой ошибкой Ким Сокджина было перейти дорогу злопамятной Ким Джису. Для неё вообще нет такого понятия "простить". Так что берегись, Сокджин. Джису уже идет за тобой. Ах да, они, конечно же, не женаты. Просто подлые журналюги жить не могут без громких заголовков.

Три года в бегах. Три года в одиночестве. Три года за решёткой. Три года в психушке. Три года на грани смерти. Целых три года. И всё из-за того, что Намджун поставил не на того человека.