Всякий раз, когда Геральт смотрит на него, Лютик замечает, что его зрачки расширяются.

На Лютика наложили заклинание молчания. На Геральта наложили заклинание правды. Йеннифэр эта ситуация забавляет, но она предлагает свою помощь в возвращении их обоих в нормальное состояние. Может быть, этих двух заклинаний в конце концов будет достаточно для ведьмака и его барда, чтобы разобраться в своих чувствах.

Оказываться похищенным бандитами для Лютика не в новинку. Более того, за годы путешествий с Белым Волком бард идеально освоил искусство игры на нервах оных бандитов. А зачем бояться, когда Лютик ни секунды не сомневается в том, что Геральт придёт на помощь?

Дверь таверны распахивается, с треском ударяясь о стену, и в ней, пошатываясь, появляется мокрая насквозь фигура с торчащими из-за плеча двумя рукоятями мечей и зажатой в кулак головой королевской виверны. — Убил твоего дракона, — хрипит фигура, и даже если его силуэта в дверях было бы недостаточно, чтобы выдать его, Лютик узнал бы этот грубый голос где угодно... Или пять раз, когда Лютик наблюдал в действии развитые органы чувств некоего ведьмака, и один раз, когда следовал своим собственным

— Иди сюда, — произнёс ведьмак так, будто бы не сказал ничего особенного. Лютик открыл и тут же закрыл рот. Посмотрел на темный потолок, на котором неясным пятном отражался звёздный свет.  — Что, — в конце концов, без вопроса сказал он. — Ты явно не сможешь спать там, на полу, — пояснил Геральт. — Кровати хватит для двоих. —— Геральт и Лютик делят кровать. И хаос воцаряется. Каждая глава — отдельная история, они связаны хронологически, но читать можно отдельно.

— Надо быть настоящим идиотом, чтобы влюбиться в меня. — Эй! — возмутился Лютик. — Я не идиот! — Что? — Что?

Лютику всего 18, и каждый раз, когда Геральт затыкает его или говорит «нет», у Лютика встает. Лютику всего 18, и он внезапно осознает, что умудрился влюбиться в ведьмака, которому никто не нужен. Лютику всего 18, и Лютик понимает, что влип.

Иногда у Геральта стоит на голос Лютика, на его изящные пальцы, порхающие по струнам - но едва ли это что-то значит, просто реакция на прекрасное. И иногда, возможно, после очередной Лютиковой выходки, Геральту хочется нагнуть его над первой горизонтальной поверхностью и драть от души, долго и сильно - так, в назидание. Что, опять же, ничего не значит - просто достал. Все это бессознательно, незначительно, не важно и неизбежно. Это, бессознательное, стоило бы в себе задавить.

Жизнь барда омеги не могла быть простой, особенно если не была ему предначертана.

Лютик находит очередные неприятности на свою задницу и попадает под проклятие обиженной любовницы. Кто приходит на выручку незадачливому барду? Конечно же ведьмак.

- Меч был тупой. - Не он один!