Больше всего на свете Чонгук хочет быть любим. Хочет найти своё место в этом мире, где ему не придётся скрывать свою сущность, терпеть нападки и безразличие своей стаи и прятать сквозящие тоской слёзы от равнодушных глаз. Побег из опустевшего дома последним шансом подворачивается его исполосованным ладоням.

В их мире "истинность" - это сказка, которую рассказывают детям. Каков шанс встретить истинного? Один на миллион? Никто не знает. Что делать, если ты все же встречаешь свою судьбу? Но увы... У тебя уже есть муж. Так же как и у него. А запах истинного просто сводит с ума...

Сердце забилось как бешеное, страх смешался с неуместным возбуждением, потому что запах самого Кима отвечал на ярость альфы. – Ты заебал меня, Ким, - прорычал Чонгук прямо в губы омеги. - Какого хрена ты ко мне прицепился? Отвали от меня. Тэхён сглотнул и облизал губы, которые находились в опасной близости к чужим губам. – Не получится, - хрипло ответил омега. - Ты слишком сильно бесишь меня, Чон.

- Ты сюда пришел сам, добровольно, - с усмешкой сказал Чонгук. - И волен уйти когда захочешь. - Если бы у меня был выбор, - прошептал Тэхён, - меня бы здесь не было. - Выбор есть всегда. Просто твой продиктован обстоятельствами. Но это твой выбор, поэтому не надо так дрожать. Раздевайся. Тэхён сглотнул, смотря в черные глаза, и начал расстегивать рубашку...

Природу нельзя обмануть. Она обязательно отомстит. AU: Где Чонгук заключает контракт с Тэхёном, чтобы тот родил ему наследника.

Чон Чонгук просто пытается выжить, мечась между учебой, работой и нелегальными боями. А Ким Тэхён просто решил, что этот мальчишка будет принадлежать ему.

Световой кокон, сгусток сжатой энергии, врезался в пол с глухим звуком падающего тела. Он треснул, как яичная скорлупа. И из него, сдавленно охнув, выпало на колени человеческое тело.

Соглашаясь стать стажёром, Тэхён поставил одно условие: господин Бан будет отвечать отказом на поступающие от альф просьбы о частной встрече с ним. Приняв желание омеги, тот все же внес коррективы в их сделку, добавляя: «Пока не появится тот, кому нельзя будет отказать». Три года правило срабатывало без исключений, «пока» не появился господин Чон, невозможность отказа которому понимал даже сам Тэхён.

Чон Чонгук случайно узнаёт об омеге, который крутит романы одновременно с пятью несвободными альфами, где каждый из них оплачивает все его прихоти и потребности, думая, что он у того единственный. Ведомый любопытством Чонгук просит друзей показать ему фотографии этого Ким Тэхёна, в то же мгновение понимая, что согласен стать его шестым.

— Хён, а давайте заведём ребёночка? Ну маленького. Чтобы у него были ваши глаза и моя улыбка. — Ты с ума сошёл? — А лучше двух! — ... — Если честно, хён... я хочу пятерых. — ПЯТЕРЫХ?! — Ну чтобы своя футбольная команда была! — Я не рожу тебе футбольную команду! Мы начнём с собаки. — Договорились! Собака — первый шаг! — Идиот. — Знаю. Я вас люблю. — Я тоже. Иди уже, мечтатель.

Раз в столетие рождается Пепельный Волк — в этот раз это Ким Тэхён. Он «птица в золотой клетке», чьи видения выпивают душу. Чон Чонгук — изгой с Севера, оставленный умирать собственным отцом. Когда омега спасает окровавленного зверя, законы стаи дают трещину. Что сильнее: долг прорицателя или зов крови, связавший его со «смертью»? Это история о выборе своей судьбы, когда заговор внутри кочевья грозит разрушить всё.

Капитан Чон Чонгук привык к стабильности: небо, штурвал и чёткие маршруты, но одна случайная замена экипажа меняет больше, чем он готов признать. Ким Тэхён — омега из команды бортпроводников. Истинность приходит без предупреждения. Только вот его истинный уже принадлежит другому, и теперь Чонгуку остаётся лишь одно — вести самолёт так же уверенно, как прежде, и делать вид что ничего не происходит, но…небо вокруг стало намного теснее.

- Извините, я сейчас полицию вызову…- находясь в шоке пробормотал неуверенно мужчина оказавшийся рядом. - Вызывайте, это машина моего почти мужа, а значит совместно нажитое имущество! А со своим имуществом я волен поступать как заблагорассудится

Когда Тэхена отдают ярлу викингов взамен на безопасность его народа, он готов ко всему — к холоду, к насилию и даже к жизни в клетке. Но не к тому, что приглянется Чонгуку, сыну своего мужа. Не к тёмным глазам и не к чувству, которое нельзя называть вслух.

— Предлагаешь свою в качестве путешествия? — Тэ сложил руки на голой груди. — Ты последний альфа на планете, — сузил глаза омега, — которому светит путешествие в мою задницу. — То есть надежда всё же есть, — насмехался над Чонгуком Тэхён. — Хуй тебе, большой и толстый! — завопил Гук, выходя из себя. — Я лучше девственником сдохну, чем разрешу тебе к себе прикоснуться! Пёхай своих потаскух! Не для тебя цветочек рос! — Цветочек?! — округлил глаза Тэхён. — Да ты кактус корявый!

Чонгук всегда знал, что взял в мужья не  того человека. После рождения сына его муж, Шин, почти полностью отдалился от них. Он не обращал внимания на  сына отдав его на воспитание няни и мужа. Игнорировал поцелуи и объятия самого Чонгука, словно семья больше ничего для него не значила. Совсем иначе вел себя Тэхен — младший брат Шина. В отличие от брата, Тэхен всегда восхищался детскими рисунками племянника, тепло улыбался и с искренним удовольствием ел еду, приготовленную Чонгуком.

Ошибившись дверью, Чонгук попадает в квартиру к омеге, которого уволил два года назад за неуклюжесть, и застает того в разгаре болезненной течки.

— Слушай, малыш, во-первых, я сильно старше, во-вторых, мне нравятся девушки. — Чон делает паузу, а потом добавляет главное: — В-третьих, мы сводные братья. — Что, если я надену юбку? — Ким игнорирует первый и третий факты. Он настроен серьёзно, это читается в глазах, а у Чонгука на этих словах заканчивается кислород, потому что понимает — с братом-подростком шутки плохи.

— Хён, у меня появился краш. Когда я его вижу, у меня сердце начинает колотиться, как бешеное. К сожалению, я вижу его очень редко. Но когда это происходит, у меня немеют руки и ноги, а язык пристает к нёбу, и я чувствую себя полным болваном. — Вау! Мой Гуки наконец-то влюбился! — Кажется, да! Только есть проблемка. — Какая? — Он старше меня. Намного старше. У него даже вроде есть ребёнок…

– Тэхен, – голос Чонгука был низким, хриплым от сдерживаемых эмоций. – Я не обещаю, что буду идеальным. Я вспыльчивый, упрямый и часто действую, не подумав. Но я обещаю одно. Я никогда сознательно не причиню тебе боли. И я всегда буду уважать тебя. Твои мечты. Твои границы. Всегда. – Хорошо, – он прошептал. – Я верю тебе.