– Юлька, короче, я придумал, мы с тобой будем членами перед камерой трясти, за деньги, – голос у меня бодрый, но зад в это самое время делает предупредительно-пугливое «жим-жим». Юлёк поднимает взгляд от телефона и некоторое время хмурится. – Я не совсем понял или, возможно, ослышался, – говорит он в переводе с пацанского своим лаконичным: «Че?» Хорошо, что я шарю в этом иностранном языке.

— Придётся вернуться в сто девятую, — говорит мать за ужином так, будто произносит смертный приговор. Эрик даже подумать не мог, что спустя шесть лет придётся вернуться в МБОУ СОШ № 109, в которой он проучился с первого по пятый класс. Уходить из уже такой родной гимназии за год до выпуска кажется неразумным, но деваться некуда. А в сто девятой уже новый класс, собранный со всей паралелли, новые компании и новые люди.

Дитрих и Майский – одногруппники, которых едва ли можно назвать друзьями. Майский считает, что жизнь следует прожить легко и непринужденно. Дитриху кажется, что расслабиться он сможет только в гробу и то не факт. В связи с этим, взаимоотношения между ними строятся весьма натянутые. Но жизнь – изменчивая штука. И то, что еще вчера вас раздражало, сегодня может оказаться единственно желанным.

– И чего ты меня боишься? – посокрушался ангел. – По законам жанра это мне нужно тебя бояться. А то вдруг ненароком обидишь такого нежного и чувствительного меня?.. Демон скептически оглядел мускулистую фигуру, закованную в сверкающий доспех, два огромных крыла, которые даже в сложенном состоянии тянули метра на три... Оценил бесстыжесть невинных голубых глаз... И ещё немного отодвинулся.

Не младший брат твоей якобы подружки, которого нужно оберегать, не трепетная барышня в шелках и клубах пудровой пыли. Не девчонка. Тебе ясно, Жнецов?