Со звоном о плитку упал ошейник. Чонгук вздрогнул всем телом, будто его ударило током. Глаза расширились, дыхание перехватило. На мгновение он просто смотрел вниз, не в силах пошевелиться. А потом медленно, будто в кошмаре, поднял взгляд на мужчину. — Вот мы и встретились, трусишка.

Слово за словом, и в руках Чонгука уже шелестят страницы книжной новинки с совершенно порнушной, но кое-что напоминающей обложкой: силуэт, поза, виднеющийся каблучок — он уже видел всё это своими глазами. То, что разговорчивые посетители разрекламировали ему как «самую горячую сцену», полностью повторяет произошедшее между ним и Чимином в ту единственную ночь в «Эдеме», и удивление Чона достигает критической отметки «в ахуе».

Чимин всю жизнь десятой дорогой обходил маргинальных, по его скромному мнению, личностей. Пока в один прекрасный день его сестра не убежала на старую скейт-площадку, чтобы поиграть с собакой, владелец которой был весьма сомнительной наружности. Только Чимин не знал, что татуированный парень с красными волосами, которому он пожелал хотя бы суметь закончить школу, окажется педиатром, к которому придется вести сестру.

В тот день, когда Тэхён написал Сокджину сообщение, он его приручил. Самовольно сунул в эту петлю голову и позволил своим же рукам, шлепавшим часом позднее белоснежные ягодицы, затянуть на шее узел. Теперь он прочно привязан к Джину и должен нести ответственность и за свое решение, и за человека, который доверил ему себя и свою боль. В тот день и появился на свет тот, кто в последующие годы будет держать в своих руках удовольствие других и ловко управлять им.

Когда Чонгук знакомился на сайте с парнем с непримечательной фоткой на аве, он и предположить не мог, во что вляпывается. AU на тему «Айдол/фанат»💜💚

Обновление: Christmas Eve/L. Сборник стихов, близких по смыслу к оригинальной идее конкретных песен. Будет пополняться, пишите в комментариях свои любимые треки.

Мин Юнги привык держать все под контролем: университет, кафедра психологии, собственные эмоции. Но Чон Хосок, слишком обаятельный коллега в пушистых свитерах, настойчиво советует ему научиться расслабляться. Кажется, Хосок говорит не только о работе. Одна встреча вне университета раскроет их настоящие роли.

И вся забава в том, что дрожащие ладони слуги, до смерти ему ненавистные, так прекрасно понимают чужую кожу, так ласково могут касаться, что император, телесных контактов не выносящий — одному-единственному человеку до себя дотрагиваться позволяет.