— Где Майк? Это первый вопрос, что задает Уилл, когда просыпается и видит Нэнси, стоящую здесь, и она прикрывает свой рот руками так, будто только что увидела что-то, что шокировало её до глубины души. Но Майка здесь нет. И миллисекунды до ответа пронзают его кожу, как самые острые иглы, и холодный ужас наполняет его. — Майк в порядке, дорогой. Он вместе со всеми твоими друзьями ждет нас и Элевен дома.

— И если бы она собиралась потерять тебя, я… я думаю, она предпочла бы просто побыстрее покончить с этим. Как содрать пластырь. Майк по-прежнему ничего не сказал. Он тихий. Терпеливый. Даже в каком-то смысле… бесстрастный. Чертовски устрашающий и такой… такой красивый. Он – сердце Уилла, сидящего напротив него на заднем сиденье фургона для доставки пиццы Аргайла.

Метка родственной души это уникальная метка, которая останется с вами на всю жизнь, и точно такая же метка есть на теле другого человека. Вашей родственной души, человека, соответствующего вам во всех отношениях. Но Вселенная слишком любит усложнять жизнь Уиллу Байерсу.

Однажды Майк и Уилл тайно проводят время наедине в комнате Уилла, когда Дастин внезапно решает созвать партийное собрание по рации.

— Но ты же Уилл, — говорит Майк. — Я имею в виду... Я имею в виду, ты всегда был... | «Моим Уиллом», – заканчивает его мозг. | — Ребенком? — спрашивает Уилл. — Заткнись, Майк. | — Нет, — говорит Майк, звуча жалко, но он не может сказать: «Я не хочу, чтобы был какой-то другой парень, который нравится тебе больше меня», – вслух, когда Бог и Дастин могут услышать его. || Или: После того, как они спасают мир, у Уилла появляется парень и новая стрижка. Майк теряет рассудок.