Когда Кевин с уверенностью заявляет, что Эндрю не сможет соблазнить его младшего брата, Миньярд мгновенно заводится и принимает вызов: в конце месяца Нил будет по уши в него влюблен. В обмен Эндрю требует имя человека, в которого втрескался его лучший друг. Они оба... оказываются слегка удивлены к моменту завершения спора.

Толпа затихает, не желая упустить выхода своего любимого правителя. Уже отсюда Абрам ощущает их благоговение и любовь. — Как заслышат о вас, так сразу в трепете замолкают, — с очевидным скепсисом проговаривает Жан. — Это же очень хорошо, — тихо фыркает Кейтлин, отмахиваясь веером. — Так и должно быть. Абрам выходит на балкон, и солнце ослепляет его на пару секунд, а толпа в это время визжит, аплодирует и свистит. Люди любят его, уважают и боятся. А золотое солнце сопутствует ему.

Эндрю не знает, когда это происходит, настолько увлеченный своим делом, что не замечает, как начинает громко урчать. Ему даже нет дела до того, что это, наверное второй от силы раз, когда он настолько отдается эмоциям, что позволяет звуку вырваться наружу. Сейчас важен лишь любимый человек перед ним и тот, кого Нил вынашивает под сердцем. Все остальное не имеет никакого значения.

После кончины своего отца молодой шехзаде занимает престол. У него своё видение на положение вещей, что вызывает разный отклик в подчинённых. И неизвестно, куда это приведёт. В тоже время дворец, что сначала был тюрьмой, неожиданно становиться домом для израненного сердца.

Жизнь ярмарочного торговца чудесами проста и непринуждённа: получай себе по сотне монет за выполненную услугу да ставь отметки на карте, чтобы направлять одинокие сердца на тропы к истинной любви. Нил и не догадывается, что его слабый дар способен на бо́льшее, прошлое уже оставило свой отпечаток на будущем, а собственная судьба поджидает его где-то совсем неподалёку.

Нил выстроил свою жизнь из кусков и осколков. Она неплохая, почти нормальная. Он учится в универе, у него есть хобби (да, Элисон, бег это хобби), есть друзья, которые о нем заботятся, и о которых заботится он. Есть Эндрю, с которым они просто трахаются, чтобы снять напряжение. Вот только мысль о том, что Нил может лишиться этого... чего бы то ни было, каждый раз заставляет что-то внутри сжиматься. Нил отмахивается. Наверное, все дело в этой его омежьей сущности. Ага. Точно в ней.

Эндрю всего одиннадцать, но он уже прекрасно понимает, как устроен мир. Во-первых, как будущий король он обязан ставить интересы государства выше собственных. Во-вторых, помолвка с Нилом — необходимая во благо мира и процветания жертва, которую он должен принести без лишних пререканий. В-третьих, будущий жених ненавидит Эндрю так же сильно, как Эндрю — его. И это единственное, что их объединяет. Никакое лето, что они вынуждены из года в год проводить вместе, этого не изменит. Не изменит ведь?