Немногие знали, кто именно возглавлял группу сопротивления, избавившуюся от вражеских войск, захвативших Северо-Восточный регион в самом начале войны. Изначально Чхве Хан тоже не был в их числе, но Альберу решил иначе, сделав его личным рыцарем самого несносного человека во всём королевстве Роан. Но так ли несносен на самом деле Кэйл Хенитьюз, каким все его видели? Почему именно его называют сокровищем королевства? И что это вообще за шрамы у него на теле?

Когда Бакуго резко и внезапно встретился взглядом с двумя холодными разномастными глазами, у него в голове моментально мелькнули две мысли: «Почему он выглядит так, словно замышляет мое убийство?» и «Почему его глаза такие чертовски красивые?» Или: AU, где Тодороки никогда не учился в ЮЭй и, отвергнув амбиции отца, стал фельдшером, и где про-герой Бакуго Кацуки слишком интересуется мужчиной, который постоянно кидает на него свои косые взгляды.

Вэй Ин — супруг Вэнь Жоханя, который активно пытается сгладить все конфликты с другими кланами, научить его детей тому, что в мире есть не только тьма, и не сойти с ума из-за собственной памяти. И, кажется, он почти справился. По крайней мере, Вэй Ин так считал.

Сайлос не верит в ангелов. Себастьян никогда не видел жнецов в кожаных куртках. Когда рок-идол с репутацией дьявола врывается в размеренную жизнь юного аристократа, трещинами идет всё: от фамильного герба до личных границ. Сможет ли «Жнец» не сломать своего «Ангела», и хватит ли у барона сил выдержать ритм, в котором живет человек, не знающий слова «нельзя»?

Виктор не следил, просто смотрел на парня, который был слишком правильным, чтобы быть настоящим. С вежливым голосом и идеально заученными фразами. Кто-то говорил, что он похож на певца с афиш, восходящую звезду молодёжи. Но Виктор не верил в совпадения, лишь в трещины. И этот — весь из трещин, а предел видимости — это не граница зрения. Это та точка, когда ты замечаешь больше, чем можешь объяснить, — и именно поэтому продолжаешь смотреть.

— Драко-о, ты знаешь, что ты потрясающая красотка и самая последняя стерва? Малфой с испугом и недоумением посмотрел на алые скулы и уши сотрудника своего отдела, отметил расширенные зрачки под нелепыми очками, неровное дыхание и вдруг пугающе ясно осознал: амортенция. Какая жуткая вещь...

– Дурной мальчишка, что стоишь там, бегом заходи, если не хочешь остаться на улице, – мужчина обращался явно к Гарри, сверля его глазами, которые были еле видны из-за нависших пушистых бровей. «Прекрасно, я, оказывается, ещё и гадкий утёнок в этой семейке», – страшно хотелось закатить глаза, а ещё скандал, но нужно придерживаться придуманной легенды. – Извините, но я ничего не помню, даже своего имени. Женщина резко дёрнулась и помрачнела: – Я знала, что это волшебство до добра не доведёт!

Один — пленённый северный лорд, дикий, как волк, и со всей яростью жаждущий лишь одного: свободы. Второй — наследный принц, чей утонченный облик вызывает у пленника лишь презрение к изнеженному мальчишке в шелках. Первая же встреча становится вызовом для обоих. Вместо каменоломен — гарем. Вместо цепей — игры и беседы. Медленное противостояние, где незаметно стирается грань между ненавистью и влечением. Терпение против ярости. Шёлк против стали. Игра, где ставка — свобода. Или…?

Новая работа в военном корпусе - смертельная ловушка. Предыдущий врач мёртв, пациенты лечатся насилием, а стены пропитаны кровью. Йозеф - молодой психолог, оказавшийся среди тех, чья жестокость не знает границ. Англафаэль - генерал, чьё имя внушает ужас, а взгляд ломает волю. Между ними быстро рождается то, что опаснее страха: одержимость. Здесь опаснее всего не пациенты, а генерал, который смотрит так, будто уже решил его судьбу.