Чэн думал, что все отболит, пройдет, отпустит, что он отойдет на сто шагов назад и не упадет в раскол. Он, наверное, до сих пор хочет так думать, даже когда смотрит в янтарно-прозрачные глаза мальчишки. Даже когда понимает, что они встречают его ненавистью и ничем больше. Даже когда его и вправду больше не реанимируют.

Чэн вступает в брак, Тянь запоздало отыгрывает роль непокорного подростка, а Мо Гуань Шань пытается не охуеть от семейства Хэ в своей жизни. События происходят через два года после окончания Тянем и Мо школы.

Рыжий — лихой доставщик из трущоб: ударник, паркущик, высотник. Хэ Тянь — девиант, роковой помощник прокурора.

Так случается. Вот и все. Не они первые, не они последние. Это просто жизнь. Шань знает. Ему ли не знать?

steampunk!au. // Тяню нравится это: переодеваться в нищего, лазить по гнили нижнего города и искать для брата хороших инженеров. До тех пор, пока он совершенно случайно не проваливается сквозь крышу чьей-то старой мастерской. До тех пор, пока не встречается, глотая пыль, с этими глазами цвета медных механизмов.

- Омерзительно... - Рыжий тяжело выдыхает сквозь зубы, злобно комкая белый пиджак на груди. - Полностью разделяю твое мнение, но как бы там ни было... - Тянь поправляет галстук и подставляет локоть, - заткнись и возьми меня под руку.

Гуань Шань помнит лицо человека, спасшего его из горящего дома в мельчайших деталях. Это случилось двенадцать лет назад. И сейчас он встречает Его снова, но почему ему все ещё восемнадцать?

Мо Гуаньшань замер, когда почувствовал чужое дыхание на своей щеке. Кто-то явно рассматривал его "спящее" лицо. - Как долго я искал тебя, Тигр, - послышался низкий почти-шёпот, и губ его мягко касаются губы Хэ (в-этом-нет-сомнения!) Чена. "ДА ЧТО ЗДЕСЬ, МАТЬ ВАШУ, ПРОИСХОДИТ?!"

Я просто хочу мир, где Мо и Чен могут быть вместе.

Эти солнечные дни откровенно достали.

дружи со мной, дружи со мной, дружи со мной

Добро пожаловать домой, придурок.

Интересный мальчишка. И имя у него интересное. Хэ Тянь склоняет голову набок, ухмыляясь внезапной дурацкой мысли, неизвестно откуда взявшейся в голове. Тянь–Шань. Говорят, удивительное место, где встречаются небо и горы. Говорят, там красиво. Там — почти как в раю.

В нужных местах синяков у пацана почти не было. Только от прерывающейся линии на шее за километр несло личным. Вот она нагнетала жути, да. И глаза, конечно. Были еще глаза. А в остальном — совершенно обыкновенный. Не было в нем чего-то особенного, за что можно было добровольно и безжалостно взять и разорвать свою жизнь надвое. Обычный избитый пацан. На улицах таких тысячи. AU, в котором по заслугам получил Шэ Ли, а страдают все остальные. Будет больно.

Абсурдность ситуации заставляет Шаня улыбнуться. Чэн находит эту улыбку ошеломляюще привлекательной.

Хэ Чэн — Альфа с неправильными инстинктами. Хэ Тянь только что представился. Рыжий просто смертельно заебался.

Цзай-во сказал: «Трёхгодичный траур слишком продолжителен. Можно бы ограничиться годичным трауром...». Конфуций ответил: «Был ли бы ты спокоен кушая рис и одеваясь в парчу?» «Был бы спокоен», - последовал ответ. «Ну, если бы ты был спокоен, то и делай так». Au от 422 главы: Тянь умирает, Чэн решает проблемы, а Шань? Шань просто проголодался. Предупреждения выставлены. Работа не является пропагандой, руководством к действию и пр., и пр.

— Вы играете? — интересуется щенок, кивая на столик с шахматной доской рядом с креслом, и глаза его — яркие, но мёртвые, как у древнего старика, вдруг полнятся живым интересом. — Я лет шесть как не играл…