Он привык к миру без запаха и чувств. И всё это треснуло после нелепой случайности. И в его жизнь как-то внезапно ворвалось солнце. Ласковое весеннее солнце. Как из другого мира, в котором нет ничего плохого, болезненного, неправильного. И странно, что этот человек, вроде взрослый, из этого «другого мира». И бесит, и смешит, и... цепляет так, что думаешь о нем уже вторую неделю подряд.

Ситуация. Набитый автобус. Передо мной стоит парень. Мальчишка. И у него начинается течка. И запах такой, что все альфы почти синхронно повернули головы. И я просто, сука, как спасатель Малибу, вытолкнул его на первой же остановке. Отвез домой и поехал на работу. И меня клинило целый день. А под вечер он звонит. И у него дома какой-то трэш, и он плачет, и просит: забери меня.

Каково быть красивым — безмерно, пленительно, уязвимо? Каково быть сиреной? Сокровищем для пиратов? Когда каждый, едва почуяв, сходит с ума от желания обладать и ограбить. Касси привык, что больно, привык воевать — за свое тело, за свою жизнь. У него острый язык и разбитые руки. Но, когда он поступает в пансион, Фин не смотрит… Не говорит. Он бежит, словно даже вдох — грех. Можно ли полюбить сирену, не сделав трофеем и не осквернив, как другие? Как касаться… не сдирая с нее золотую кожу?

18+ Вы когда-нибудь ходили на свидание вслепую? А на свидание вслепую с иностранцем? А на свидание вслепую с иностранцем в сопровождении переводчика? Омеге Лисьену предстоит сходить на такое свидание, однако, преисполненному надежд вступить в долгожданный брачный союз с достойным альфой, ему и в голову не могло прийти, что понравится ему вовсе не предполагаемый жених, а их переводчик... омега.

Когда супруг привел в их дом второго омегу, Ямиль знал, что этот черноокий молчаливый мальчишка принесет немало проблем и забот. Но он едва ли подозревал, каких.

В начале он любил кофе, потом полюбил его улыбку, потом полюбил Его, потом не мог провести дня, не зайдя в кофейню... Так много «потом», а Лесси не был готов к такому. Он — простой студент, омега-одиночка, омега-затворник и молчаливый омега, не был готов к любви. Не был готов к тому, что влюбится в такого другого, такого особенного, но тоже омегу

Когда Любомил соглашался принять второго омегу в их молодую семью, он не думал, что им станет Надея - порченый омега, которого чуть не забили камнями весною. Теперь он жил с ними и одним своим существованием рушил все представления Любомила об идеальной семье.

Лео хочет нарисовать своего омегу обнажённым и при этом расслабить его грязными разговорчиками, но оказывается, что Джейми в этом ничуть не хуже.

Я долго ласкал его языком, успокаивал боль от чужих синяков и грубостей. И он выгибался мне навстречу, отвечая взаимностью. Когда ему стало совсем хорошо и он расслабился, я перевернул его на спину и закинул чужие ноги себе на плечи. Его печальные глаза с мольбой посмотрели прямо на меня, именно так как я мечтал: грустно и покорно. И с абсолютным доверием.

Уже два года слушаю его стоны в соседней квартире. Знаю, как ему нравится. Знаю, чего он хочет. Не знаю, как к нему подкатить.

Он пытается представить, как осел бы его собственный запах на Каору, если бы он был альфой. Но он не альфа, и его запах слабый, едва уловимый: при обычных обстоятельствах только прижавшись носом к его коже, можно почувствовать приторный аромат корицы вперемешку с горьковатой ноткой бархатцев. – Это мой самый любимый запах, – продолжает Каору, сбивая дыхание Харуте. В воздухе витает яркий аромат ванили и незабудок.