Мы есть ночь. Mafia AU.

В ординатора-первогодку Чон Чонгука восемь лет безответно влюблён альфа, заведующий хирургией Ким Сокджин мечтает о ребёнке, а вокруг старшего медбрата Пак Чимина то ни одного достойного альфы, то сразу два.

У Чон Сокджина ровно четыре недели, чтобы помешать помолвке младшего брата, обречённого на брак без любви. Вариант один – найти более выгодную партию с точки зрения семьи Чон, но для себя. Это невозможно, но это его единственный выход. Мин Юнги не хочет, никогда не захочет и никогда даже не станет думать о браке. Он достаточно упрям, чтобы отказываться даже говорить о помолвке. Однако, возможно, его бабушка немного упрямее, и она решительно настроена увидеть, как он пойдёт к алтарю.

Чимин, доведенный до крайности издевательствами своих одноклассников, решает спрыгнуть с моста. Но, стоя на самом краю под проливным дождем, он и не думал, что совсем скоро станет шлюхой в борделе.

— Чтобы обратить на себя внимание, не стоило тебе так геройствовать, — со всей жестокостью терзает тело своего молодого супруга глава клана Мин, не придавая значение слезам, поблескивающим в уголках глаз омеги. AU: История, в которой Юнги уверен, что омеги подлые и обладают низменными желаниями с рождения. Но нужен тот, кто землям Эмеральд наследника подарит и ему на троне удержаться позволит.

Прошло почти десять лет с тех пор, как Тэхён ушёл из жизни Чонгука навсегда. А теперь двое их лучших друзей женятся. Смогут ли они преодолеть своё запутанное прошлое и найти способ жить дальше? Или проведённая ими неделя в месте, полном воспоминаний, только заново вскроет старые раны? Нравится это Чонгуку или нет, он скоро это узнает.

Тэхён не интересовался футболом, но до сих пор носил потрёпанный брелок с чёрно-белым мячом на ключах от квартиры. Тэхён не любил кофе, но упрямо давился им каждое утро и отказывался начинать день без горькости на зубах. Тэхён не доверял Чонгуку, но продолжал рассыпаться на его простынях в надорванных вздохах. Тэхён ненавидел свою работу, но изо дня в день, смотря в зеркало, врал самому себе, что так правильно. — Хочешь расследовать это дело? Пытаешься очистить совесть таким образом?

Его взгляд убивает, его губы ядовиты, его пальцы крошат кости. «Он опасен» - кричат с каждого угла. Юнги не слушается. Юнги уверен - он справится. И ошибается. Мафиозное АУ, где Юнги не стоило переходить дорогу самому могущественному человеку страны. Но он уже пересек черту – назад дороги нет.

Мин Юнги никого не боится. Не боялся, пока не встретил Ким Намджуна.

Легенда гласит, что пока оборотень не убил - его глаза после превращения желтые. Стоит ему убить человека или себе подобного, то радужная оболочка глаз окрашивается в красный. Юнги давно не верит в легенды и мифы, но в том, что ОН убивал - не сомневается. В том, что на дне этого кроваво-красного озера он видит распятого себя - тоже.

Чимин положил на кон свою жизнь... Спасение любимой сестрички ХанБель было единственным желанием, бьющим по вискам, день ото дня все сильнее. ...наркотики, проституция, грязный секс.... Этого ли заслужил совсем ещё юный омега?

С древних времён оборотни воевали между собой, если у тебя был другой цвет шерсти или же чужеродная метка под ключицей, то твоей жизни угрожала смертельная опасность. Сейчас оборотни живут в мире, как люди, а не звери. За стеной, защищающей империю все еще есть волки, которые борются за свою свободу. Пять лучших воинов императора под командованием Чон Чонгука отправились на свое последние задание. Он не знает, что встреча с Чимином изменит его жизнь окончательно и бесповоротно

— Разве он стоит этой войны, Чонгук? Отдай им его. Он же чужак! Чонгук, повернув голову в сторону Тэхена, не ответил. Он смотрел на омегу с печальными глазами, одиноко стоящего среди глубоких сугробов. Тэхен снова один, мёрз, много думал и не улыбался. Чонгук за всё время их знакомства улыбку омеги ни разу так и не увидел. У Тэхена в сердце зияли чёрные траурные дыры. Ему было не до улыбок. Впрочем, Чонгуку тоже.

Они нелюди. Говорят, что они как твари живут в норах и питаются свежей кровью и плотью. Альфы рвут и терзают друг друга, чтобы победитель спарился с очередным омегой на глазах у всего их ублюдочного потомства. У них нет дома, нет семьи, нет святынь. Они хуже зверей. Они – оборотни. И помни, хорошенько запомни, Чимин: если встретишь одного из них – никогда не смотри ему в глаза, в них ты не увидишь ни сострадания, ни жалости.

Тэхён и Чонгук больше не узнают друг друга в собственном браке. Где-то между обидами, ссорами, молчанием и бытом они потеряли то, что грело раньше и сияло так ярко. Когда ты уже не замечаешь достоинства мужа, но умело цепляешься к недостаткам. Как и у многих, их брак не избежал этого. Однажды — кухня, тихие слова вместо криков, усталость от пустых отношений дошла до пика. И выбор: потерять полностью или вспомнить, как любить друг друга. Ведь когда-то они решили, что это навсегда.

С тех пор, как они с Намджуном расстались, Сокджин был занят повышением по службе в фирме своего отца, пока Намджун становился одним из популярнейших корейских писателей. Это не имеет никакого значения, правда, потому что Сокджин давно уже все отпустил! Однако стоит ему узнать, что он замужем за своим бывшим, как это все равно немного шокирует.

Дети-подростки – это всегда сложно. А когда твой ребёнок – истинный омега сына твоего истинного, и ещё при этом юный альфаненавистник – это сложность в квадрате.

На самом деле, Тэхён не был уверен, что так вообще бывает — ему никогда не приходилось слышать про невзаимную истинность. Но кто его знает… Может, и здесь дело в его особенности? Как бы то ни было, его волк скулил внутри него, скребся когтями по сердцу, требуя быть рядом с Чонгуком. Но все, что оставалось Тэхёну, это молча скулить вместе с ним, стараясь урвать за оставшееся время как можно больше. Пускай и в роли личной шлюхи вожака.

— Найди омегу, который родит мне ребенка! Здорового, способного родить мне альфу, только альфу, — решил для себя Юнги. Если уж и задумываться о наследнике, то это определенно должен быть альфа — крепкий, бойкий, с характером. — Я нашел омегу, — радостно сообщил секретарь. — Сказал, что деньги очень нужны. Он ждет в приемной. Позвать его? — директор кивнул. Его ждет долгий разговор. — А еще он невинный...

— Теоретически мы могли бы плюнуть на всех и быть вместе. — Это в какой такой теории? — В моей. Не знаю, как её назвать. — Назови её "Теория большой глупости".