Каждый раз, сталкиваясь в одной комнате с Шайбаковой, каждый раз, глядя на её шею, Вике вспоминается та самая грязная ночь. Но лучше отказаться от этих мыслей и презирать себя за них, чтобы в будущем не жалеть. Всё-таки Адельке нравилась каждая вторая: и на Катю заглядывается, и при всех с Сашей флиртует, но наедине остаётся только с Викой, оставляя той маленькую и безнадёжную надежду.

Поэтому, между ними не может быть никакой дружбы. Поэтому, они точно больше никогда не заговорят, потому что у детдомовской беспризорницы и избалованной наглой девчонки точно нет ничего общего.

- Забавно, что это одна из немногих вещей, которую ты у меня не украл, - хмыкает Бакуго, становясь надменным, по привычке кидая короткий взгляд, - ты сделал в этой жизни хоть что-то сам, Деку. - Учился любить. - Что? - слышится приглушенное, будто Бакуго не способен поверить, что только что услышал подобное.

Вилка не из тех, кто оставляет просто так слишком шумных соседей. И не из тех, кто таким же шумным соседем не является.

— Кристина, двадцать семь лет, не уважаю мужчин, ненавижу власть, закодирована, агрессивная и до безумия хочу тебя. — Лиза, двадцать четыре года, разведена, без детей, ненавижу власть, эмоциональный интеллект уровня камня, не дам тебе даже под дулом пистолета.

Они на камеру играют друзей, а в жизни готовы вцепиться друг другу в глотки. Перед всеми братья, а наедине враги. Лучший рэпер и танцор, а на самом деле лишь куклы из пластика дешёвого.

— Я надеюсь, что ты кончила, Кирюх, — слеза скатывается по щеке.

— Меня пугает эта ноша сейчас. Я пытаюсь быть кем-то при них, — Вика губы сжимает, проговаривая последнее почти шёпотом. — Быть кем? — Быть не чужой среди своих.

«Сильные люди — это не те, кто кулаки пускает, а те, кто это терпят», — каждый раз повторял про себя Чонгук, пытаясь оправдать этого брюнета.

Арина вступает в университет, где каждый день обещает испытания, открытия и выборы, которые могут изменить её жизнь навсегда. Никто не знает, что ждёт за углом, и только от неё самой зависит, кем она станет.

Семь маленьких детей нашли спасение друг в друге, когда вокруг творился настоящий кошмар. И лишь общение помогло им справиться. Спустя время, когда правда обо всех ужасах, происходящих в детском доме, выяснилась, произошёл скандал и их спасли, при этом разлучив. Детская психика надёжно запечатала воспоминания обо всём пережитом до тех пор, пока один из них, покинутый всеми, не открыл на остальных охоту. Он жаждет мести. А люди, лишившие их детства, хотят отобрать и будущее.

Площадка раздражена острой борьбой, но за её пределами – тишина, которая ощущается тяжелее любого удара. Маятник качается туда-обратно, не в силах остановиться. Исход давно решён. Связи оборваны. Решение принято. Но овертайм затягивается, а чёртов маятник продолжает движение.

— Определись, Вика, кто ты — гомофобка со своими принципами или та, которая сейчас призналась мне во всём.

- Адель, ну правда, ты можешь любую охмурить. Даже ее. - Охмурить? - Макс, который уже выходил из мужской раздевалки, услышал последние слова. - О, это идея! Адель, а слабо? Говорят, она вообще на парней не ведется. Если ты сможешь вскружить голову этой «механике», то я... я угощаю всех пивом.