Десятки глаз уставились на вошедшего. Несколько человек не повернули головы, продолжая смотреть телевизор, стоящий на стуле у стены. — А кто это к нам причалился* такой красивый? Как звать тебя, красавица? С койки второго этажа спрыгнул мелкий дрыщ и вышел на середину хаты. С другой стороны на пол перед Смирновым упало полотенце. Дрыщ улыбнулся, сияя дыркой между верхними зубами. Братва замерла в ожидании. Саня остался стоять на своём месте, удерживая, всё время сползающий, матрас.

Из темноты показалось лицо: не опасное, не пугающее, не отталкивающее. Это был мальчишка лет семнадцати. Очень худой, болезненный, с тёмно-каштановыми волосами, что спадали на его лоб, как ночная вуаль. <...> Сергей опустился на одно колено, взял книгу и протянул её хозяину, но тут заметил нечто, отчего его сердце рухнуло вниз, а потом застучало где-то в горле: юноша сидел не в кресле, а в инвалидной коляске.

Этот пацан — не Толик, да и Игорю давно не двадцать.

В этом мире излишки сильных эмоций могут перерождаться в тёмных сущностей, наносящих вред людям. Дети Адама, наделённые особым даром, способны вычистить грязь там, где пасует даже Церковь. Карл Гродберг, сын Адама, хотел просто хорошо делать свою работу, но что-то пошло не так, и вот он уже в компании инквизитора и падшего ангела борется с ведьмами, колдунами, демонами и самой реальностью. "Кажется, я где-то свернул не туда…"

Софиты скрывают слёзы, контракты крадут выбор, а любовь становится тайной. Добро пожаловать в мир, о котором ты так мечтал. История о парне, который мечтал о сцене и славе, но все быстро изменилось, когда он занял место погибшей звезды, вдруг ощутив на себе вкус жестокой реальности и поняв, что слава — это клетка, контракт — цепи, а любовь — запрет, за который приходится платить.