Мир Тэхёна не рухнул, земля под ногами не разверзлась, ведь у него давно вместо сердца зияет пустота, а в душе пепелище сгоревших дотла неозвученных чувств. Тэхён просто осознал, что это конец. «Я женюсь…» Слова — приговор. «…второго апреля» Дата — казнь. Именно здесь, стоя у порога чужого счастья, едва сдерживая эмоциональный срыв, Тэхён хоронит свои чувства окончательно, принимая самое тяжелое решение в своей жизни.

Прикрытые глаза с подрагивающими ресницами распахиваются, спина выгибается дугой в неестественной позе, а живот и грудь обжигают густые капли спермы. Всё тело трясёт, а дыхание замирает вместе с немым криком болезненного удовольствия. Тэхён только что кончил во сне на образ соседа. Пиздец! Он с неприкрытым отчаянием, смотрит на потолок, пока в голове ни единой адекватной мысли, кроме мигающего окошка с надписью: «обнаружен вирус». И у этого вируса есть отвратительно-сексуальное имя - Чон Чонгук.

Чонгук смотрит на скульптурный румяный профиль и думает, что, кажется, идея фиктивной помолвки с омегой была ошибкой. Потому что то, как неожиданно ускоряется собственный сердечный ритм после каждого вдоха чужого феромона, абсолютно не вписывается в план и жизнь Чонгука. Это ведь просто давно знакомый официант Тэхён, верно?

Это будут самые отвратительные две недели в жизни Тэхёна, потому что он уже каждой клеточкой тела чувствует, с какой скоростью генерируются шутки в чужой брюнетистой голове, а он ведь даже это ещё не надел. Санта — Чон Чонгук и его олень — Ким Тэхён. Это пиздец, товарищи!

— Я очень расстроен на самом деле, а потому не собираюсь уходить отдыхать один, господин Ким Тэхён. Либо этой ночью вы наконец прикоснётесь к прекрасному, либо это сделает кто-то другой, — Чонгук видит, как осознание его слов блеснуло в чужих глазах, поэтому уходит довольный собой. — Что будешь делать? - смотрит, как жадно друг глотает виски. — Ты считаешь, что он дал мне выбор, Джун? — поднимая уголок губ, наблюдая за уходящей соблазнительной фигурой. — Он знает, что я не посмею отказать.