Панталоне — сама собранность и сдержанность, сплошная непоколебимость и неизменная лёгкая улыбка на губах, чтобы ни одна сделка не сорвалась, а деловые партнёры не вздумали соскочить, и только Дотторе знает, воочию наблюдает и чувствует прямо на своей коже, сколько обжигающей злости скапливается у Панталоне за этой улыбкой.

Панталоне осточертело, что Дотторе тратит все средства их бюджета на неудачные эксперименты. И в этот раз, когда он потребовал еще больше денег, банкир решил заставить его отработать свою долю.

– Ккх… Да отдам я тебе долг, жмот… – прошипел Дотторе, опустив голову. Наверное, сейчас он выглядел достаточно жалко. – Дело не столько в деньгах, сколько в потраченных на тебя нервах. Ты заплатишь, как я и обещал.

Две полоски. Две сраные полоски, Дотторе точно прибьет его.

Время было под час ночи. Они не спали, но тоже отдыхали только как-то по своему в тишине, в нежности, утопая в ощущениях внимания. И лишь томное дыхание обоих выдавало то, что они здесь, хотя это и не нужно было скрывать. Мало кто осмелился зайти или осудить. Если таковые есть. Но на их радость эти «кто» не заходили или даже не были рядом. А они наслаждались моментами спокойствия и пустой головы, каким-то образом освободившейся от мыслей.