Есть много видов любви. Любовь преодолевает всё. Врождённую патологию сознания. Социальные и гендерные предрассудки. Страх. Преступление. История двух парней, которые никогда не любили и не были любимы, пока однажды не встретиЛИСЬ холодным осенним днём в интернате номер 17.

18+ Можно жить и довольствоваться тем, что у тебя есть, но всегда приходит время, когда становится необходимо что-то большее. И это точно не деньги и не секс. Любовь и тепло, вот без чего слишком пусто и холодно внутри. Но только не так просто это найти. Да и везет не каждому. Однако Алексей твердо верит, что у него все будет!

Как можно помучить мазохиста? Быть к нему нежным.

Истории из жизни обаятельного распиздяя и брутального трудоголика. Реальность здесь переплелась с вымыслом на грани фола.

«Я познал жизнь до самых потаённых уголков, считал, что меня нельзя удивить, нельзя изменить мои взгляды. Но появился ты – и смог. Ты покорил меня чистотой и наивностью – а я всё разрушил. Растоптал всё светлое между нами. Но дай мне шанс. И я уеду, пожелав тебе счастья».

Влад запустил свободную руку в его волосы. Надавил на затылок, вынуждая приблизить лицо и, глядя прямо в его ставшие огромными глаза, зашептал, почти касаясь губами его губ: - Когда твой дружок тебе надоест, приходи ко мне. - Мне не нужны любовники на пятнадцать минут, прости, - Никита вдруг подался вперед, словно собираясь поцеловать Влада, а потом резко оттолкнул его.

Вы наверняка встречали таких на улице. Один, синеглазый, с сигаретой в зубах и в маске образцового гопника, давно приросшей к коже. Второй, с чайными глазами - в характерной кепке таксиста, улыбчивый ха... Простите, кхм, представитель одного из нацменьшинств. У этих двоих из точек соприкосновения - только питерская безысходность и бесконечное одиночество. А еще чувство юмора, конечно... и история любви с щедрой примесью трагикомедии абсурда.

Четыре истории сплетаются в одну: Рахиль не отвечает на письмо, выключает свет и запирает кофейню, улыбаясь подслушанной у нереид мелодии; Джабраил морщится, поливая перекисью костяшки, сбитые о когда-то любимые скулы; Джеффри хохочет, выплескивая коктейль в лицо задравшему его юбку нахалу; Имран разнимает драку и недоумевает, что делать теперь с этим пьяным мальчишкой с разбитым носом.

«Тяга – это сила, вырабатываемая двигателем. Единственное, что противостоит тяге, – лобовое сопротивление». История о противостоянии авиадиспетчера и пилота, которое завершилось на взлётной полосе. Первый поставил на карту собственную жизнь, второй рискнул жизнями сотни пассажиров. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: возрастное ограничение 18+ Работа не предназначена для чтения лицами младше восемнадцати лет.

"- Иноходец… То есть по-иному ходит. Конь всего лишь по-другому переставляет ноги, а люди его уже в бракованные записали, чуть ли не в уроды. Я вот тоже… иноходец. В определённом смысле. Потому что люблю не только девушек, но и парней тоже. Ну и что? Кто-то считает, что это ненормально. Да пусть хоть пополам треснут, а я знаю, что я не урод, и не ошибка природы!"

Он думал, что всё осталось в прошлом: и друзья, и враги. Но жизнь убедительно доказала Тимохе, что рано ставить крест на ком бы то ни было. И в первую очередь - на себе самом.

Это произведение о зомбиапокалипсисе в неклассическом его осмыслении. О сложностях взаимоотношений двух людей, оказавшихся в одной лодке, против своей воли попавших в водоворот событий, после которых мир уже никогда не будет прежним. То, что они одного пола, разумеется, только усугубляет ситуацию. Но также не в последнюю очередь это попытка самого автора пересмотреть те или иные вещи, кажущиеся очевидными, и покопаться в риторическом вопросе — «что способно изменить природу человека?»

Инопланетное вторжение случилось более двухсот лет назад, человечество давно оправилось от войны за существование. Однако новые поколения тварей, вылупившиеся и выросшие в тени пещер и лесов, все еще бродят по земле, ставя под угрозу безопасность гражданских. Работа в зачистке сулит престиж и бешеные бабки за выслугу лет. Но есть ли в этом смысл, если ты потерял самое дорогое в жизни?

— Факт остается фактом. Ты предпочитаешь прожить всю жизнь в одиночестве, посвящая всего себя детям. Благородно, но глупо. Учитывая то, что через много лет ты поймешь, что детям этого не нужно. Я уверен, они хотят, чтоб ты был счастлив, показывал им правильную модель поведения, чтоб они знали к чему стремиться в отношениях. — Хватит! — складываю руки на груди, потому что понимаю, что он прав. Но есть одно «но»... батя пидорас — не лучший пример для детей.

Сибирь/Лондон/СПб, 1983-2020. Неспешная драматическая история непростых отношений длиною в четверть века со счастливым финалом в прологе. Главные герои — неотвратимо тянущиеся друг к другу противоположности: Стефан — сдержанный интеллигент с докторской степенью, перманентным неврозом, задушенными желаниями и синдромом «хорошего мальчика»; Алик — неутомимый бунтарь, татуировщик и по совместительству его личное землетрясение с шилом в одном месте. Точка отсчета — «несчастный» случай в 83-м году…

Испытывал ли я жалость? Я мог жалеть мальчика, у которого забрали невинность и детство. Я мог сопереживать подростку, который подвергся жестокому насилию и выжил. Я мог посочувствовать парню, который не верил в любовь. И я не мог не восхищаться мужчиной, в которого он превратился, создавая себя из осколков разбитой жизни. Единственное, чего я не мог сделать - так это найти слов, чтобы донести до него то, что чувствую. Горло сжало болезненным спазмом. Я молча пил свой кофе...

Ты, мой маленький мальчик, хочешь, чтобы каждый мужчина был буквально одержим тобой. Хочешь, чтобы тебе на ушко шептали романтичный бред и называли самым прекрасным существом во Вселенной. Чтобы подкрепляли действием, складывая весь мир к твоим ногам в страстном желании доказать свою любовь и преданность. Потому что на меньшее ты не согласен... ...Я, кажется, слышу, как испуганно стучит его сердечко. Я, кажется, чувствую, как стрелами пухлозадого Амура протыкается моё.

—Что решили? —Ну, вот есть понятие дружеского секса, но это банальщина. У нас с ним настоящий, блять, мужской, вражеский секс. Встречаемся, злобно трахаемся, кто кого сильнее затрахает. Брови сдвинуты, дыхание тяжелое, прям до изнеможения. Потом отдышались, разошлись, кинув на прощание: «ходи оглядывайся» и «найду — закопаю». И так до следующего раза. —Тебя устраивает? —Нет. Хочется простого человеческого приползти к нему побитой псиной, уткнуться носом в шею, и чтобы он по голове погладил...

Наша жизнь - качели. То вверх, то вниз, то счастье, то отчаяние. Но даже если вы оказались внизу - верьте, что рано или позно вас вынесет вверх, назад, к свету. Главному герою не слишком везёт на этих качелях. Ждёт ли его впереди головокружительный подъём?

Сначала он не понял. Вкус был другим. Обычно супы в их столовой были жидковатыми, даже пресными, но это было что-то новенькое. Там среди вкусов различались сладковатая свекла, ароматное мясо, чеснок и даже, прости господи, укроп. Присмотревшись, Мурат и вправду увидел, как по поверхности борща плавает мелко покрошенная зелень. Прямо как дома. Как будто… Как будто кто-то очень постарался сделать хорошо. Впервые на его памяти.