Все говорят мне, что надо бросить Чанёля, что он больной, что, не дай бог, если у нас будут дети, они будут нездоровыми. Но как же они не понимают, что я люблю его и что он нормальнее большинства здоровых людей.

Сгустившееся нечто, навалившееся на грудь, глухие шаги в пустом одиноком доме, неожиданное прикосновение, холод по коже, мистическое ощущение чужого враждебного присутствия. Это не ночной кошмар – Бэкхён осознает, где находятся, видит привычную мебель и точно знает, что его глаза открыты. Однако состояние, при котором невозможно пошевелить даже пальцем, снова возвращается. Вот только на помощь никто не спешит. Остается только смотреть, как тёмный силуэт движется по комнате.

В восемь лет Бэкхён был уверен, что не упустит своего соулмейта. В двадцать восемь он, страдающий множественным расстройством личности, боялся даже случайно столкнуться со второй половинкой, понимая, что в жизни каждого человека есть вещи не подвластные его собственным желаниям.

Бэкхён скучает. По одному ушастому альфе, которого до жути хочется увидеть. Снова обнять. Вдыхать его запах. Скоро уже пять лет, как Чанёль погиб в несчастном проишествии, но Бэк не может забыть. Не может отпустить прошлое. Прошлое, которое снова всплыло наружу, стоило сердцу услышать столь желанные слова, наполняясь давно утерянной надеждой.

Жизнь ломает нас, мы ломаем других. Плохие игрушки не продают, лишь просто списывают, да выбрасывают на помойку, где и начинается их настоящая жизнь.

Чанёль женат, а Бэкхён — одержимый влюблённостью в него гей. И они оба не считают себя счастливыми.

Поэты умирают, глядя в небеса. Художники, замкнувшись в себе, творят в преисподней. Бэкхён коротает ночи беззвучным пением, сжигая в высоких нотах голосовые связки. Он шлёт невидимый сигнал слепому Чанёлю - парню, живущему на три этажа выше.

Бэкхен болен расстройством личности вот уже три года, но в последнее время умело скрывает это. Перейдя в новую школу, он встречает Чанеля, который оказался добрым и милым парнем. Ну, не совсем.