– Мне приказали тебя убить.

Дейдара снова сдирает себе ладони в кровь, расшибает губу и чуть не теряет серьгу, пытаясь перемахнуть сразу несколько ступенек на лестнице. Дейдара готов из себя вон лезть, чтобы Гаара смотрел только на него.

Хидан пялится на него так бессовестно, а подкатывает так открыто, будто и правда верит в успех. Дейдара хмыкает, убирает его руку — длинную, мускулистую, с накрашенными в болотный цвет ногтями — и чеканит что-то очень унизительное и обидное. Хидан смеётся, кажется, целую вечность, а потом произносит, растягивая каждое из слов: “Я же знаю, с кем ты протираешь простыни в гостиницах”.

Кофе пах сигаретами, сигареты — вином, а вино — Дейдарой. Гаара еще не определился, нравится ему такой расклад или нет.

Одна на двоих страсть. Одно безумие. Одна одержимость.

Первый чуть качает головой. Смотрит на него — и от этого взгляда по телу проходит дрожь. Так смотрит снайпер на свою цель, хищник на жертву — и странное осознание возникает — не сбежать, не спрятаться. А бежать и некуда. — Я знаю о тебе больше, чем ты сам, Дейдара.