Злые слова, предназначенные Антону, удары без жалости, все угрозы и провокации - все это слилось в одно единое воспоминание, которое прокручивалось в голове Антона, как пленка старого фильма. Этому не было конца. Презрение перевешивало всякий призыв к миру. А уж дружба тем более не была их участью. Рома был ему врагом. И раз за разом Антон, подкреплённый ненавистью, убеждался в этом. Дружбе не быть. И перемирию - тоже.

- Ну привет, красавица, - раздалось около уха горячое хриплое дыхание, а низкий бархатный голос, промолвивший это, вызвал табун мурашек. Антон сразу понял, что это Рома. Он и Бяша не могли простить, что он отказался подчиняться дурацким правилам их компашки, после этого на время переехав в другой город. Рука Ромы нагло обхватила Антона спереди, а позади к нему прижалось мощное тело одиннадцатиклассника. Боковым зрением юноша увидел, что на них смотрит вся школа и понял - надо действовать.

Не осуждайте женщину за член. Когда-нибудь она сама вам скажет..

он подходит к берегу неосознанно — идёт к воде, как заворожённый. у арсения на плечах родинки рассыпаны, как звёзды по ночному небу. возможно, это лишь игры света, но они, кажется, тоже светятся. антон щурится, моргает и трёт глаза, но свечение не исчезает. [ау, где антон - журналист, а арсений живет в деревне у белого моря]

В какой-то момент все посыпалось из рук — работа, команда. Ничего, совсем-совсем, не получалось. Отчеты не печатались, счет-фактуры не сводились, репетиции не репетировались, залы не собирались. Арсений пил кофе в офисе из автомата, отплевываясь через раз, и думал о том, что он ещё никогда так сильно не терялся.

«Я скучаю», — думает Антон, и эта мысль такая щемяще-отчаянная, что он уже почти лезет в мессенджер. Но заходит в их чат, видит последнее своё сообщение, отправленное несколько лет назад, и у него опускаются руки. На вполне нейтральный вопрос, может ли Арсений заехать за забытыми вещами на выходных, Антон ответил: «Можешь заехать, только потом сразу на хуй езжай, ладно?» // или AU, в которой Шастун в погоне за мечтой теряет всё.

Они ненавидели. Цеплялись друг к другу, как кошка с собакой. Казалось, что воздух тяжелел, стоило им остаться в одном помещении. И каждый по-своему старался уколоть словами едкими, чтобы задеть за живое, ударить побольнее, когтистыми лапами сжимая душу. Не выйдет. Они не просто не сойдутся — их пути никогда не пересекутся по-настоящему. Даже сама Вселенная этого не допустит. Не допустит ведь?