- Я не извращенец, чтобы для меня это было нормой! Вокруг столько женщин, а он раздвигает ноги перед другими мужчинами - такими же извращенцами, как и он сам. Я должен был за это по головке его погладить? Он должен был быть готов к тому, что ему могут набить ебальник за такое поведение, так что я не виноват. Меня тошнит от таких людей, а он позволил себе... - Чонгук впервые за все время говорил уверенно, глядя в разъяренные глаза следователя. - Вставай.

Чонгук застыл, пугающе ясно осознавая, что не сдаст этот экзамен. А значит, вылетит из третьего по счету университета, уедет из Сеула и будет въябывать официантом в каком-то из ресторанов отца. Или посудомойщиком. Или уборщиком. Потому что его преподавателем философии оказался тот самый выскочка в пальто, которого он ударил у клуба две недели назад… А потом предложил отсосать… — Бля! — вырвалось у Чонгука. — Вот я влип…

У них с Тэхеном не какие-то романтично-сопливые отношения, но раз от раза Чонгуку все тяжелее говорить ему «нет».

— Вот, — сказала она, наклонив крышку ноутбука так, чтобы парню не отсвечивало. — Твой репетитор по английскому, занятия с которым у тебя начинаются с завтрашнего дня. Чонгук лениво подошел ближе, и, прищурив глаза, прочитал в профиле выделенное жирным шрифтом имя: Ким Тэхён.

Тэхён — инкуб, а Чонгук — главный священник в своём приходе.