Жизнь у Чимина хорошая, даже можно сказать — идеальная. Вот только в медицинской карте диагноз "депрессивное расстройство", в кармане джинсов рецепт на антидепрессанты, а в голове навязчивое желание. AU, в котором эвтаназия легальна и распространена. Чимин хочет всё закончить, а Юнги просто выполняет свою работу.

И глаза его, будто в душу смотрящие, в самое ее холодное нутро, они волноваться заставляли. Такие чистые, будто на самом деле два изумруда, у которых граней бесчисленное множество. Их все узнать – жизни не хватит.

Юнги мысленно считает до десяти, надеясь что путь свободен и вылетает из подъезда на низком старте. Пара мгновений и он перед лестницей ведущей вниз, а на ее середине котенок с выпученными глазами, шипит в прыжке. Шерсть дыбом, хвост трубой и пятнистая задница мелькающая уже в самом низу ступеней. Быстрый однако.

В Мин Юнджи помимо красоты и легкого флёра таинственности, оказывается, было еще несколько сюрпризов. Чимин должен был понять это до того, как сделал ее той, кто поможет ему выиграть спор. И еще раньше того, как влюбился.

Если мы любим кого-то сильнее, чем Господа, они не всегда платят нам тем же. Прошлое не есть груда остывшего пепла – это цветок, раскрывающийся от нежного прикосновения любящих и хлёсткого удара ненавистных. Покуда душу Юнги, аббата мужского монастыря Вормсского собора, терзает огонь любви и тайное смятенье чувств к юному послушнику, не удержать ему бразды здравомыслия и целибат. Эта история о выплаканных слёзах, прочитанных псалмах и испытанных чувствах двух благих душ на левом берегу Рейна.

Юнги бог смерти, и его сложно чем-то удивить. Впечатлить тем более. Но потом появляется Чимин. Он Юнги не удивляет и не впечатляет, он умудряется его заинтересовать. Заинтересовать настолько, что бог, который создан убивать, вдруг начинает ценить и беречь одну человеческую жизнь.