-Мне больно. "Нет, только не боль. Мой человеке когда не должен чувствовать боль. Потому что это мой человек."

- Дай мне, что я хочу, и я отстану, - парировал инопланетянин, облизывая кончиком длинного языка клыки. Ознакомление оного со стандартами красоты на Земле крепко подпортило и без того сложную жизнь журналиста, который иногда теперь вынужден был замирать как вкопанный перед витринами или стеклянными стенами кафе, потому что хитрая любопытная жижа заставляла его пялиться на людей, фотографии и любые их изображения.

А всё так невинно начиналось с прыжка с вершины самого высокого небоскреба без согласования с Эдди.

Энн замучила совесть, и она решила сознаться Эдди кто был инициатором того поцелуя в лесу.

Веном учит Эдди дышать... правильно

Антон привык. Привык возвращаться домой один, привык, что никто его никогда там не ждёт, привык, что это не изменится. Он пытался, и каждый раз ощущался так, словно он кого-то (как будто Антон не знает, кого) предал. Всё в порядке. Он просто проживёт так свою жизнь, и он должен быть благодарен, что она настолько длинная. У некоторых она намного короче. На двадцать лет короче. У Антона ничего не должно было поменяться. А потом он столкнулся с ним на улице.