— А секретарши почему от вашего биг-босса сбегают? — Да просто характерец у него… — Тут Макс пошевелил пальцами, явно подыскивая подходящее определение. — Не тонет? — подкинул ему вариант Ян, вспомнив субстанцию, которая легко на поверхности держится. Макс заржал, а потом подступил ближе и выдохнул почти интимно в самое ухо: — У тебя будет отличный шанс выяснить это лично… Яночка. И помни, что я тебе сказал: не справишься с ролью его секретарши, выдашь себя или нас — пожалеешь.

Что может ожидать молодого бухгалтера на новой работе? Тайфун, цунами, гнев начальства? А если не гнев, а с точностью до наоборот?

Любовно-производственный роман. О взрослых людях. О жадности и доброте, о вине и раскаянии, о любви и непонимании. Ну и в целом о жизни, которая не такая уж простая штука, как нам иногда хочется. — Между нами есть что-нибудь, кроме секса? — Я не рассчитывал. — А если я скажу, что люблю тебя? — Не вариант. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: возрастное ограничение 18+ Работа не предназначена для чтения лицами младше восемнадцати лет.

Полностью было только один раз. Только одна ночь. Тогда Вы принадлежали мне на 3 часа 19 минут, а я Вам. Но она самый ничтожный из всех существующих в мире поводов тыкать Вам. Даже заявка о нашем десятилетнем знакомстве (сегодня, неужели, сегодня?) выглядит так же нелепо, как попытка школьных учителей объяснить подросткам на примере теннисного и волейбольного мяча устройство Вселенной.

Элька - стройная русоволосая стерва с огромными серыми глазами. Губы - свои, пухленькие, красивые, глазищи как у лани, жопа - своя, подкачанная, подтянутая, руки так и чешутся. Элькой его зовет весь наш фитнес-центр, и только начальник - Рафаэль Эдуардович. Эльку я на дух не переношу - более заносчивых трапов я в жизни не видел, а мне есть с кем сравнить, я и сам трап.

Сестра попросила съездить с ней на корпоратив ее фирмы в санаторий. Глупо было отказываться.

Легкая история о легких буднях молодого директора, встретившего на очередном собесе бывшего одноклассника, над которым потешался все школьные годы...

На пороге показался запыхавшийся Севка. Храбрящийся, отчаянный, словно переламывающий этим решением собственный хребет. — Я… я согласен, — выпалил он. — Когда мне приступать?

Мне, махровому натуралу, и в страшном сне не могло привидеться, что мой новый начальник положит на меня глаз. Он стискивал мне плечо, читая с монитора, склонившись ниже, чем следовало бы. Мужики так близко не соприкасаются друг с другом. Его щека едва не задела мою, когда он выпрямлялся. Я хочу запомнить всё, и боль, и слёзы, закушенную мокрую подушку и свою кровавую задницу. Хочу помнить, чем я заплатил за карьеру. Кошмар для натурала - домогательства со стороны мужчины.

Аркаша разберётся с чем угодно. Кроме своей жизни

- Я тебе уже говорил. Я. Преподавать. Не буду! - А куда ты денешься с подводной лодки?

Можно избегать людей, действий, обстоятельств. Но как долго можно избегать себя?

Иногда Бархаев думает: стоит сойтись с кем-то только ради того, чтобы сказать: сорян, чуваки, занят, давайте сами. И выбрать другого ночного дежурного