В ночь со второго на тринадцатый месяц

Приземление оказалось болезненным. Мало того, что поток божественного ветра иссяк почти на половине пути и, подобно кряхтящему старцу, что будто бы был на последнем издыхании, кое-как смог дотащить увесистого генерала до неба, так он, в итоге, ещё и перестарался! Сначала поток воздуха резво подхватил мужчину и с неимоверной скоростью помчал его вверх, а потом вдруг «сдулся» и остатками сил начал болтать того то вверх, то вниз, каждый раз поддувая генерала в спину и пошатывая всю его желудочную стойкость — бедный мужчина не два и не три, а целых десять раз чуть ли не одарил землю «кислотным» дождиком, а ведь в последние пару дней он во рту держал только зачерствевшую маньтоу — проще говоря довольствовался сухарём. А когда ветру, похоже, наскучило, он ровно на секунды три перестал дуть, накапливая всю-всю свою оставшуюся Божественную силищу, а потом поддал такого ветряного пинка, что мужчина снова взмыл и даже пролетел сквозь облака, поднялся на приличное расстояние и.. камнем вниз грохнулся на что-то очень и очень твёрдое… И если бы не окутавший его тело еле-еле заметный золотой барьер, то, возможно бы, разбился. А так отделался лишь тошнотой и легким головокружением - вокруг головы кружились змейки в перемешку с мечами. Стоп. Змеи? Рукой мужчина отмахнулся от галлюцинаций и, подорвавшись, первым делом полез ладонью к груди. Пальцами разминая землю, что он зачерпнул нечаянно, ему удалось нащупать что-то более мягкое и не рассыпчатое. Тогда же из кармана на него яростно шикнули, а окутавший тело барьер растворился. И, как и ожидалось, боль в голове и пояснице (шмякнулся бедняга прямо на неё) сразу прошла, и тошнота отступила. Только вот тогда генерал удосужился оглядеться. В глаза попала летящая отовсюду пыль — он оказался в каких-то развалинах. Под ногами болталась какая-то чахлая дымка, сквозь которую было видно мелкие-мелкие элементы земного царства, однако ходить по ней можно было не опасаясь — на собственном же опыте мужчина убедился, что это подобие облаков тверже всякой горной породы.. Удивительно, а ведь с земли всё кажется таким пушистым и легким.. Да и само Небесное царство в представлениях выглядело величественно и оживленно, куда ни посмотри, а там вот, судя по округлой форме «фундамента» из рассыпавшегося кварца или какого-то другого белого камня и валяющейся рядом морды непонятно какого зверя, должен был быть красивенький фонтанчик, а вон там, где обломков было гораздо больше, наверняка стояло целое (довольно большое) здание… На деле же небеса оказались на вид заброшенной и разрушенной деревушкой. Хотя, если вспомнить описание Небесной столицы в свитках, то благодаря фантазии из этих разбитых плит и блоков можно было восстановить прекрасную картинку… Только вот, что могло случиться и где же все небесные чиновники? Понятное дело, что генерал не тугодум — он сразу понял, что тот свет означал вознесение, правда не его, а вот этого сидящего и шипящего в его кармане бешеного шнурка с белыми чешуйками, который в наглую решил его подставить, толкнув прямо к солнечным лучам. Закрыв глаза и, словно согласившись с самим собой, мужчина кивнул и прикрыл карман рукой, тут же услышав в свой адрес довольно оскорбительное: «Сщщ-щщ!». Что делать теперь.. он, правда, не знал и даже не догадывался, ведь попал он сюда наверняка, как человек, а не Небожитель.. раз уж его так сильно растрясло на том ветре.. Кстати о нем: теперь-то, глядя на город, более менее становится ясно, почему Шенфон* был таким «дохлым». *[Шенфон] — дословно: Божественный ветер. Возносит «особо отличившихся» людей на небеса и также сдувает оттуда небожителей, не справляющихся со своей работой (свергает их, отбирая духовные силы путем наложения на них сдерживающей печати), чиновников-преступников оправляет в специализированную «темницу» на нижних небесах. Следит за порядком в небесной столице, защищая её, подобно барьеру. Подчиняется только лишь Нефритовому императору. Обладает душой, но форму человека принять не может. Немного поблуждав по округе, генерал ещё раз убедился, что нужно отсюда как-то уходить. Но сначала, в надежде найти какую-нибудь побрякушку.. он порылся в остатках зданий, ногами пошаркал по пыли и, так ничего и не найдя, решил двигаться в сторону уходящих в даль домов (бывших). Отдельные здания и, судя по разбитым вывескам, ларьки стояли по обе стороны широкой и более менее чистой улицы. К каждому из домиков была проведена не особо заметная под слоем белой пыли дорожка, выложенная драгоценными камнями или металлами. Чем дальше продвигаешься, тем больше падает ценность такой вот тропинки — видать, с каждым шагом мужчина только удалялся от столицы. Но это нисколько не притупляло его предчувствие, что двигается он в правильном направлении: скорее всего, в том самом месте, где его не совсем благополучно выбросил ветер, раньше находился сам Нефритовый дворец, там, как раз и дорожка была более широкой, будто бы соответствовала ширине небесных врат, ведущих в роскошный (по описаниям из свитков) зал «Вознесения», ну и сама она, естественно, была выполнена из самого разного нефрита. Постепенно блеклая, будто бы почти рассеявшаяся дымка становилась всё более и более густой. Через ещё какое-то время она и вовсе стала походить на перистые и пушистые облака, разбегающиеся от легонького ветерка, создаваемого движениями ног мужчины. Сам он это как-то не особо-то и заметил — больше всего его волновало беснующееся в кармане хладнокровное, что своим шипением заглушало только-только начавшиеся доноситься издалека голоса… Тем не менее генерал сделал шаг шире, но без его удивления тот белый шнурок не остался: «Если ты за считаные минуты смог оживить порядка двухсот тысяч воинов, то почему же сейчас только сидишь и шипишь?» — проговорил он про себя, совершенно не ожидая ответа. Но тут же ему в нос что-то ударило, пробило на пару слезинок глаза и потом золотом выстроилось в корявые и почти не читаемые иероглифы: — К вашему сведению, я вдоволь наглотался песка и глины, так что вы можете разжать карман - я не сбегу. — нарисовалась в конце ещё пара слов. Духовное сообщение парило в воздухе до тех пор, пока мужчина не перестал удивляться, а потом и щуриться, и с искривлённым выражением лица разбирать написанное. Когда же он взглядом и разумом осилил этот почерк, то сразу же раскрыл кармашек и рукой вытряхнул из него уже почти успевшую высохнуть землю. — Я… прошу прощения… — немного оттянув ткани, он наклонил голову и уставился в знакомые белоснежные глаза. И не успело пройти и трёх секунд, как змейка распахнула маленькую пасть и, зашипев, пульнула в генерала ещё парой парящих в воздухе иероглифов: — Немедленно закройте рот и уберите от меня свой пожирающий взгляд! — в добавление хладнокровное кончиком хвоста шлепнуло ему по пальцам так, что тот, зажмурившись, отступил, — «А ещё воздержитесь от слов, я и без них вас прекрасно слышу». — последняя часть пронеслась прямо в голове у генерала. Услышав свой собственный голос, говорящий сам по себе, великий воин замер в недоумении. — «И вовсе я не захватывал ваше тело». — тут же ещё раз пронеслось у того в голове. Эта белая змея читает его мысли! Хотя.. он прямо сейчас находится в небесном царстве, причём разрушенном в пух и прах.. И чему тут, прикажете, больше удивляться!? Отшатнусь, мужчина схватился за голову: — Почему я слышу сам себя? Это сводит с ума… — только-только закончил он мыслить, как последовал незамедлительный ответ. — «Разве ж вам легче было читать?» — голос прозвучал с издевательской усмешкой. На это мужчина только покачал головой и вдруг неожиданно то ли перестал прибедняться, то ли за один миг поставил мозги на место: — Я могу получить объяснения? Какого ж неба вы, — перешёл он на более уважительный тон, — толкнули меня под свет? — «По моим расчетам вы должны быть на седьмом небе от счастья». — Я же не об этом! Разве такой, как я, достоин здесь находиться? Это ведь вы спасли мой народ и моего врага, вы подчинили бурю, а не я! Это ваше вознесение, не моё… — «Для начала: да сдалось оно мне! А теперь: вы всерьёз думали, что небеса пришли наградить меня? — змея в наглую искажала сарказмом серьезный голос воина, вводя того в ещё больший ступор. — Вот вы, как раз и вознесл...». Связь резко оборвалась. Генерал за всё это время только лишь пару раз замирал на месте, но потом восстанавливал прилично быстрый темп ходьбы, а потому сейчас забрёл в какой-то тупик. Попытки окликнуть змЕя оправдались только скромным: — «Дотроньтесь до стены и забудьте обо мне!». И всё. После этого неконтролируемого голоса в голове не было, а шнурок в кармане и вовсе перестал шевелиться. Растерявшись, мужчина решил послушаться первую часть последней фразы, а на вторую у него бы итак духа не хватило.. Легонько коснувшись облачной стены, генерал прошёл сквозь неё и вышел на шумную улицу. В роскошных платьях, рассекая облачную гладь, почти порхали по дорожкам неземной (уж точно) красоты девицы, своими расписными веерами они смахивали с лица выбившиеся из прически прядки и задорно хихикали над что-то рыщущими, проверяющими чуть ли не каждое облачко мужчинами в не менее блестящих и поражающих своим великолепием доспехах. И вот это место уже точно было слизано со страниц каждой из вообще существующих легенд! Тут тебе и громадные расписные дворцы с резными окнами, и бурные фонтаны, и прозрачнейшие святые ручейки со своими личными мостами, предназначенными для сохранности чистоты и сухого вида длиннющих, волочащихся по «земле» одежд Богов. Золотые статуи, стоящие возле каждого из зданий, наверное, указывали на хозяина того или иного дворца, а помимо такой фигуры, прямо над входом можно было прочитать табличку с именем и статусом живущего здесь божества. Были ещё и дворцы, которые больше походили на храмы — их можно было увидеть чуть дальше. Видимо, там проживали менее могущественные Боги. Пробежаться глазами по всем вывескам и рассмотреть каждого встреченного небожителя не удалось — человека в рваной одежде, с оголенным торсом, полными сапогами слякоти (и вовсе Лау не оставил их на земле - сапоги он взял с собой и натянул сразу же, как «приземлился»), что оставляли за собой след из осыпающейся с подошвы грязи, ещё и пачкающей белоснежный цвет облаков, и с полным хаосом на голове заметили сразу же. Слишком прискорбно он смотрелся на фоне всех остальных. Тут же мужчина заметил направляющихся к нему небожителей в начищенных, серебристых, незапятнанных кровью доспехах. Давать деру он не стал — наоборот двинулся навстречу. На вид всем троим не было даже и тридцати лет, так что назвать их юношами можно было с легкостью. Однако их хмурый вид и обеспокоенный взгляд давал повод напрячься, так что, когда они подошли уже почти вплотную, генерал выпрямился и приготовился к тому, что прямо сейчас его скрутят и бросят в темницу — он протянул обе руки к остановившимся в двух шагах от него воинам. На эту выходку трое лишь глуповато, совершенно не соответствуя своему грозному образу, переглянулись между собой. — Что же… Приветствуем Вас… — сложив одну руку за спиной и второй аккуратно, легким надавливающим движением попросив мужчину опустить руки, максимально вежливо начал один из них. В перерыве между словами он слегка откашлялся. — Доблестный генерал царства Бай - господин Лау Мин. Пусть юноша со строгим высоким хвостом на голове говорил совершенно спокойно, голос его, однако, разнесся по всем улочкам и улицам Небесной столицы и привлёк внимание абсолютно всех небожителей, что толпой стали стекаться в сторону прибывшего..