Меч, ханьфу и вино

      Через открытое окно гостевой комнаты проникали лучи весеннего заката, скользя оранжевыми языками по полу и мебели. Чжулинь сидела на кровати, стоявшей у стены, и девушка чувствовала себя предельно неловко. Возле её постели собрались заклинатели школы Чжан во главе с шифу.       Чжан Вэйцзе только что проверил меридианы молодой заклинательницы. Неодобрительно покачав головой, он переглянулся с Вэйлань. Та лишь пожала плечами. Женщина и так сделала, что смогла, кое-как стабилизировав состояние ученицы. Учительница сначала заблокировала движение ци в теле девушки, а потом с помощью собственных духовных сил постаралась направить течение энергии в нужное русло. Однако это была лишь временная мера. Золотое ядро всё ещё было нестабильно.       Служка Учэнь в очередной раз непочтительно проскользнул в комнату, не обратив внимание на обеспокоенных взрослых. Он курсировал туда-сюда, создавая суету. — Держи, ты должна восстанавливать силы, — сказал он, протягивая Чжулинь печенье, оставшееся с обеда. — Не надо, — девушка пыталась отказаться, однако подросток был непреклонен. Учэню не объяснили, что произошло, но он интуитивно ощущал, что Чжулинь не в порядке. — Нет, Линь-цзе, тебе надо больше есть, — продолжал он.       Услышав это, Чжулинь почувствовала, как её сердце странно защемило. Ей показалось, что лысый служка был словно её младший брат, которого у неё никогда не было.       С тех пор как они расправились с людьми-собаками, прошло несколько дней. Правительство щедро вознаградило заклинателей за выполненное задание, но делегация из школы Чжан так и не отбыла восвояси из-за того, что Чжулинь только недавно пришла в сознание.       Вместе с ними в Лояне остались и мастер Увэй с его учеником. Чжан Чжулинь не совсем понимала, что произошло, а ей никто и не спешил объяснить. Вместо этого старшие лишь то и дело проверяли её духовные силы и обеспокоенно перешёптывались.       Когда все наконец покинули комнату, и девушка осталась одна, она только-только была готова вздохнуть с облегчением, когда в двери вновь постучали. — Войдите, — устало проговорила Чжулинь.       Ей уже просто надоели посетители. Каждый так и норовил прощупать пульс, но самой девушке никто ничего толком не сказал. Конечно, она и сама ощущала, что её золотое ядро и меридианы не в норме, однако Чжулинь не могла понять, из-за чего у неё случилось искажение ци.       Кроме того, девушке порядком испортил настроение недавно заходивший к ней военачальник. Этот мужчина похвалил Чжулинь за проявленную доблесть и добавил, что у него есть сын её возраста. «Он и вполовину не так храбр, как ты, — сказал командующий. — Жаль, что ты девушка, иначе я бы предложил тебе место в армии! Ты действительно смело сражалась для женщины». Из-за такой похвалы Чжан Чжулинь чувствовала себя, словно её облили ведром помоев. Но вместо возмущений ей пришлось лишь склонить голову и обхватить кулак левой руки правой ладонью в знак почтительности. — Понимаю, вы и так устали от постоянных посетителей, — сказал вошедший монах Увэй. — Но боюсь, больше случая поговорить не представится. Как вы себя чувствуете? — Ничего, — ответила Чжулинь. — Гораздо лучше.       Увэй не стал приближаться к кровати, вместо этого он подошёл к столу и принялся разливать чай. — Если вам уже лучше, выпейте со мной чая, — предложил он.       Девушка поднялась с постели, к счастью, она сидела одетой из-за частых гостей в своих покоях. Заклинательница устроилась рядом с монахом, принимая предложенную ей чашу с тёплым чаем. — Я вижу, вам никто ничего не объяснил? — как бы между делом поинтересовался Увэй.       Чжулинь взглянула на него. «Что он может знать? Он же не заклинатель», — подумала она и отрицательно покачала головой. — Так я и думал, — ответил он. — Видите ли, барышня, может, по мне и не скажешь, но когда-то у меня были длинные волосы, и я тоже носил ту же форму, что и вы. — Мужчина улыбнулся, видя вопросительный взгляд Чжулинь. — Да, я был заклинателем.       Девушка отпила чай и тихо спросила: — Значит, вы знаете, отчего это произошло со мной? — Догадываюсь. Правда, мне надо сначала кое о чём спросить у вас. Не беспокойтесь, это останется только между нами. Обещаю, что ни о чём не расскажу Вэйлань.       «Да что он спросить-то хочет?» — удивилась Чжулинь и в следующий момент едва сдержалась, чуть ли не подавившись чаем. — Итак, барышня, вы девственница? — вдруг спросил монах.       Чжулинь смогла ответить лишь после довольно продолжительной паузы: — Мастер Увэй, при всём моём уважении… Этот вопрос… — слова давались ей с великим трудом. — Понимаю, понимаю, — улыбнулся он. — Может, мне не стоило спрашивать так прямо. Но вы можете рассказать мне всё, как есть. Не смотрите, что я буддистский монах, всё же я тоже был даосом. И, кажется, я понимаю причину вашего искажения ци. — Тогда просветите меня, — смотря прямо перед собой, попросила Чжулинь. — Когда вы были без сознания, я проверил состояние вашего золотого ядра и меридианов. Похоже, у вас присутствует дисбаланс в ци, что вредит вашим духовным силам, и избыток энергии просто некуда деть. Той ночью эмоции взяли над вами верх, вы потеряли контроль над собой. В ситуациях, подобной той, что случилась в пещере, ваша ци буквально переливается через край и повреждает меридианы. Как я понял, вы ещё не нашли партнёра на пути двойного совершенствования?       Чжулинь молчала. Тогда монах продолжил: — Вы ведь знаете, что такое двойное совершенствование? Я могу… — Знаю, — непочтительно перебила Чжулинь. — Хорошо. Проще говоря, вам нужен мужчина, равный вам по силе, который сможет принять излишек вашей энергии. Иначе искажение ци будет повторяться и впредь. В конце концов это убьёт вас. — Не нужен. — Девушка одним глотком допила чай и поставила пустой сосуд на стол.   — Почему? Вам никто не нравится? — мягко спросил Увэй. — Или дело в другом?       «Лысый извращенец решил меня добить», — Чжулинь искоса посмотрела на монаха. Тот был спокоен и сохранял улыбку на лице, словно не смущающие вопросы задавал, а беседовал с ней о погоде. — Я действительно хочу помочь. Вы можете говорить открыто. Понимаю, что вы мне не верите, но когда я был заклинателем, то столкнулся с такой же проблемой.       Видя, что Чжулинь навряд ли получится разговорить, он вздохнул и встал из-за стола, подойдя к открытому окну. Держа руки за спиной, мужчина посмотрел вдаль и произнёс: — Страстное возбуждение ведёт лишь к бессмысленной растрате ци. Высшее наслаждение возможно лишь в состоянии безмятежного просветлённого спокойствия. — Он оглянулся на застывшую, как камень, Чжулинь и усмехнулся: — Это не мои слова, а цитата из книги, которую я читал в юности. Раз вы больше не ученица, у вас должен быть допуск в секцию со взрослой литературой библиотеки школы Чжан. Разве вы не ходили туда? — Нет, — ответила Чжулинь. — И очень зря! В своё время я узнал там много полезного… В любом случае вы должны найти себе партнёра. Неужели среди ваших братьев по школе нет никого на примете?       Девушка отрицательно помотала головой. — А может, тот, кто вам нравится, — не заклинатель? Обычный человек? — предположил монах. — Ничего страшного, на первое время и такой сгодится. — Мастер Увэй, как вы можете так просто говорить о таких вещах? — выдавила Чжулинь. Если бы не её выдержка, девушка бы уже выбежала из комнаты, громко вереща. — А что в этом такого? Я всегда был свободен от предрассудков, — он повернулся к собеседнице и пожал плечами. — Я стараюсь принимать вещи такими, какие они есть, без осуждения и оценки.       Чжулинь посмотрела ему в глаза и сказала: — У меня есть любимый человек. — Так это же здорово! Разве он не согласится стать вашим спутником на тропе двойного совершенствования?       «Если бы всё было так просто!» — удручённо подумала Чжулинь. — Что ж, прошу прощения за советы, которые вы не просили, — проговорил он и отошёл от окна. — Я правда хотел помочь. — Спасибо, — тихо сказала Чжулинь. — Вы помогли.       На следующее утро и заклинатели из школы Чжан, и Увэй с Учэнем наконец покинули Лоян. Монахи отстали от остальной делегации из Шаолиня и хотели добраться домой поскорее, поэтому они быстро распрощалась с заклинателями школы Чжан. Чжулинь заметила, что шифу Вэйцзе смотрел на мастера Увэя враждебно и буквально вздохнул с облегчением, когда монахи скрылись из поля зрения. А вот Вэйлань, напротив, как-то резко погрустнела. «Не понимаю, что связывает лаоши и мастера Увэя? — недоумевала Чжулинь. — Что произошло между ними в прошлом?». Пока что ей было не суждено получить ответы на свои вопросы.       Зато по возвращении домой Чжан Чжулинь, даже не смыв с себя дорожную пыль, всё же наведалась в библиотеку своей школы. Будучи ученицей, она не так часто заходила туда, потому что плохо училась, а вместо даосских трактатов предпочитала порнографические романы, которые ей продавала У Сюин. Сейчас, обладая нефритовым жетоном адепта, Чжулинь спокойно прошла в секцию с литературой для взрослых.       Раньше она предполагала, что эта секция имеет такое название из-за того, что книги, хранящиеся здесь, слишком мудрёные и трудные для восприятия. С большего так и было. На самом деле в этом помещении и правда в основном хранились описания боевых техник и даосской магии, которые были слишком сложны для учеников. Но, поискав немного, Чжулинь нашла среди пыльных стеллажей полку с книгами по двойному совершенствованию.       Ей было немного неловко, но, к счастью, она находилась в библиотеке одна. Затаив дыхание, девушка открыла одну из книг. Каково же было разочарование юной заклинательницы, когда она обнаружила, что это совсем не похоже на красочно иллюстрированные «Картинки весеннего дворца»!       «Высшее наслаждение возможно лишь в состоянии безмятежного просветлённого спокойствия. Именно в этом состоянии происходит сохранение и приумножение сексуальной энергии, что благотворно воздействует на духовное и физическое самочувствие. Страстность и невоздержанность в соитии ведёт к огрублению эстетического переживания акта, к омрачению тончайших нюансов чувствительности. Результатом таких плотских отношений может быть не наслаждение, а лишь вожделение, превращающееся в пагубную привычку», — прочла Чжулинь и нахмурилась. У неё едва мозг не расплавился от такого количества умных слов в одном абзаце. Но, пересилив себя, девушка продолжила изучение трактата.       Она провела в пыльной библиотеке почти весь день. Наконец, преисполнившись знаниями, девушка помылась, переоделась в чистую форму и полетела в город.       Конечно же, Чжулинь сразу направилась на северную окраину, в дом бабушки-гадалки. Однако Ли Цзюань там не нашлось. Не было даже Ли Цянфана. Бабушка-гадалка сказала, что те ушли в город по каким-то делам.       Чжулинь прошерстила все наиболее посещаемые места города: главную улицу, трактиры, чайные, — но там она не нашла свою возлюбленную.       Настроение испортилось. Чжулинь настолько сильно скучала по Цзюань, к тому же распрощавшись с той не самым тёплым образом, что теперь готова была отдать всё, лишь бы увидеть свою любимую. Однако все поиски ни к чему не привели.       Стемнело, и на улицах начали зажигать бумажные фонари. Наконец, устав ходить туда-сюда, заклинательница решила наведаться к У Сюин. Чжулинь хотелось поговорить хотя бы с кем-то, чтобы отвлечься. Естественно, девушка не собиралась нагружать подругу своими проблемами. Да и как расскажешь о таком? Тем более что У Сюин не была заклинательницей, и ей были незнакомы такие вещи, как искажение ци. Единственное, чего хотелось Чжулинь, — просто поболтать с другим человеком о чём бы то ни было, чтобы отвлечься от своих забот.       Но в магазине за прилавком заклинательница обнаружила самого У Вэньмина. «Странно, обычно продажами занималась только Сюин», — удивилась Чжулинь и произнесла: — Здравствуйте, а где У Сюин?   — А, это ты, — проворчал Вэньмин, неодобрительно взглянув на заклинательницу. — Тебе что-то нужно? — Мне бы У Сюин повидать.   — Она наказана, — отрезал мужчина и скрестил руки на груди. — Барышня, если ничего не собираетесь покупать, уходите.       «Нормальное такое отношение к постоянной покупательнице», — удивилась девушка, но не подала вида. Сохраняя равнодушное выражение лица, она проговорила: — Извините. Зайду в другой раз.       Естественно, выйдя за двери, Чжулинь даже не думала убраться восвояси. Вместо этого она свернула в безлюдный переулок и обошла лавку по кругу, подойдя к заднему входу. Девушка поняла, что раз подругу наказали, та, скорее всего, сидит в мастерской на втором этаже.       На задворках этой улицы не было людей, сюда выходили только чёрные ходы домов, стоявших фасадами на другую сторону. Чжулинь посмотрела под ноги. Она собиралась найти какой-нибудь камушек, чтобы бросить его в окно, но вместо этого почему-то взглянула в сторону. Это чувство… Эта знакомая аура… Без сомнения, это была Ли Цзюань! — Ты… — только и смогла произнести Чжулинь, беспомощно разведя руки в стороны.       С другой стороны дома к ней подошла Цзюань. На её лице было странное выражение, которое заклинательница не смогла расшифровать. Всё, что оставалось делать Чжулинь, — это так и продолжать стоять с разведёнными в стороны руками. Она хотела прижать к себе Ли Цзюань, заключить в свои объятия и больше никогда не отпускать. Вместо этого заклинательница так и замерла, не в силах сдвинуться с места. — Ах, да, это я, — тихо проговорила Цзюань и вдруг бросилась на Чжулинь.       Это было похоже на нападение, однако это нападение было совсем иного рода. Это была любовная атака, и Чжулинь знала, что не сможет выстоять в этом сражении.       Ли Цзюань, словно маленький ураган, налетела на возлюбленную, с разбегу прыгнув на неё и обхватив ту руками и ногами. Лиса повисла на заклинательнице, словно маленькая панда на стволе бамбука, и Чжулинь ничего не оставалось сделать, кроме как подхватить девушку и закружиться вместе с ней на месте, погасив таким образом инерцию от прыжка. Несмотря ни на что, Чжан Чжулинь ощущала себя самым счастливым человеком в Поднебесной на этот момент. — Меймей!.. — выдохнула заклинательница.   — Цзецзе, — ответила ей Цзюань, утыкаясь лицом в плечо Чжулинь.       Заклинательница держала возлюбленную на себе несколько долгих секунд, совсем не ощущая её небольшого веса. Ли Цзюань наконец опомнилась и попыталась отцепиться. Почувствовав её движения, Чжулинь отпустила девушку на землю. — Я повсюду искала тебя, — сказала Чжулинь. — Ох, я уже поняла, — ответила Цзюань. — Поэтому пришла сюда. Я знала, что ваше задание закончено, и по моим расчётам, вы должны были вернуться домой сегодня. У нас с ифу были дела в городе. Но вдруг… Я почему-то почувствовала, что ты будешь именно здесь. — Она посмотрела вверх и продолжила: — Похоже, у нашей подруги проблемы?       Чжулинь кивнула и наклонилась, чтобы подобрать с земли небольшой камень. — Господин У сказал, что она наказана. За что — не знаю, — кратко пояснила заклинательница.       Прицелившись, она бросила камушек в окно на втором этаже, где горел свет. Увидев, что ничего не произошло, Ли Цзюань также подобрала маленький камень и повторила то же самое. Их броски оставили небольшие дырочки на рисовой бумаге. Наконец створки распахнулись, явив заплаканное лицо У Сюин. — Что с тобой? — громко спросила Цзюань.       Сюин в ответ лишь приложила палец к губам и замахала руками. Чжан Чжулинь и Ли Цзюань переглянулись. Недолго думая, заклинательница подхватила лисицу на руки и, используя цингун, прыгнула вверх. Приземлившись на подоконник, лёгким движением Чжулинь перескочила через него, аккуратно поставив Цзюань на пол.       Видимо, художница занималась переписыванием книг, потому что её рабочий стол был завален бумагой, испещрённой аккуратными иероглифами. Чуть поодаль от них, на полу, лежал незаконченный рисунок, изображавший дракона и феникса. Судя по всему, девушка в наказание переписывала книги и пыталась отвлечься от рутинного занятия с помощью рисования. — Девочки… — сквозь слёзы проговорила У Сюин и ещё больше разревелась. Она пыталась сдерживаться, прикрывая лицо испачканными в туши руками, но слёзы только сильнее катились из её глаз.       Чжулинь чувствовала себя неловко, она не умела утешать людей и не понимала, что делать. Хоть заклинательница и не знала, что стряслось, однако ей было очень жаль подругу. Вот только показать свою поддержку девушка не умела. К счастью, более понимающая Цзюань толкнула Чжулинь локтем в бок и подошла к Сюин, приобняв её. — Не стой столбом, — процедила Ли Цзюань, бровями показывая, чтобы Чжан Чжулинь сделала то же самое.       Пересилив себя, заклинательница подошла с другой стороны и тоже приобняла У Сюин. Чжулинь чувствовала себя очень странно, она не привыкла обнимать других людей, кроме Цзюань. Художница в ответ на это действие подруг ещё сильнее заплакала. — Можешь рассказать нам, что случилось? — мягко поинтересовалась Цзюань. — Ох… Дело в том, что я и Сяо Цзюнь… Мы вроде как встречаемся, — всхлипнула У Сюин. — И мой отец… Он нас застукал. — У вас уже было?.. — изумилась лисица, подняв бровки вверх. — Всё не так! — громким шёпотом произнесла художница. — Ах, тише, а то отец услышит… В общем, гэгэ пришёл ко мне домой. — Чжулинь и Цзюань кивнули. — Мы сидели в этой комнате, а потом переместились на кровать. — Девушки кивнули дважды. — Мы целовались, — страдальчески сведя брови, вздохнула У Сюин. — И что здесь такого? — не поняла Ли Цзюань. — Раньше мы никогда не оставались наедине, — пояснила Сюин, — ведь, в конце концов, это неприлично! И тут я услышала, как отец поднимается на второй этаж. Единственное, что мне оставалось сделать, — это спрятать Цзюнь-гэ под кровать. На беду, у него тогда был насморк, а так как под кроватью мало места, ему пришлось лечь на спину… Ах, кто же знал, что так выйдет! У отца был ко мне разговор по поводу магазина, и он порядком затянулся. Пока отец беседовал со мной, прошло так много времени, что Цзюнь-гэ уснул. И из-за своего насморка он принялся так громко храпеть прямо посреди нашего разговора, что отец тут же изменился в лице, полез под кровать и обнаружил моего гэгэ! — У Сюин взмахнула руками.       К этому моменту Ли Цзюань готова была взорваться от смеха. Она еле сдерживалась и, старательно маскируя хохот кашлем, произнесла: — Так что плохого… кхе-кхе… разве у вас всё не серьёзно?       Чжулинь тоже стало смешно, но она лучше умела прятать свои эмоции. Единственное, что её выдавало, — это слегка приподнятый уголок рта. — По-вашему, это забавно? — взглянув на лица подруг, возмутилась У Сюин. — Ах, нет, конечно нет, — поспешила заверить её Цзюань, прикрыв нижнюю часть лица рукавом. — Если у твоего избранника серьёзные намерения, то ситуация должна разрешиться благоприятно. Он должен будет сделать тебе предложение. — Лисица посмотрела на Чжулинь, ожидая от неё хотя бы какой-то поддержки. — Да, — кивнула заклинательница, не зная, что ещё можно сказать.       Девушки вздрогнули, услышав шаги на лестнице. Вскоре раздался и грозный голос У Вэньмина: — С кем ты там болтаешь? Этот подлец пролез к тебе в комнату?!       Чжулинь тут же сгребла возлюбленную в охапку и выскочила в окно, используя цингун. Уже через пару мгновений от них и след простыл. — Неплохо же устроился этот Сяо Цзюнь, — недовольно прокомментировала Ли Цзюань, когда они оказались далеко от лавки семьи У. — Создал проблем своей девушке, а её теперь заперли дома ни за что! Хотя ситуация, конечно, смешная. — Да, это было смешно. Но, думаю, всё будет хорошо, — ответила Чжулинь. Её собственные заботы казались ей гораздо серьёзнее.