Меч, ханьфу и вино

      В комнате Ли Цзюань царил полумрак, который едва ли могла разогнать одна-единственная горевшая свеча. Лиса и заклинательница сидели на кровати очень близко друг к другу. Чжулинь не знала, с чего начать разговор. — На задании… — наконец проговорила она. — Знаю, — перебила её Ли Цзюань. — Не будем об этом. — Откуда? — Я же говорила, что у меня свои источники информации, — фыркнула Цзюань и отвернулась.       Чжулинь тихо вздохнула. Она подумала, что в глазах возлюбленной, наверное, выглядит мясником. Однако и спорить не хотелось. «Наверное, из-за нашего происхождения нам никогда не понять друг друга», — расстроилась заклинательница. Ей было невдомёк, что Ли Цзюань прекрасно понимала поведение Чжулинь и мотивы её поступков. Просто лисице не хотелось говорить на неприятную ей тему. — Кстати, цзецзе, — Цзюань всё же прервала молчание, — пока тебя не было, я совсем не могла спать.       Заклинательница повернула голову. Лиса теперь смотрела ей прямо в глаза и продолжила: — В те разы, когда мы ночевали вместе, мне так хорошо спалось.       Голос Цзюань был сладким, как мёд. Чжулинь даже на мгновение показалось, что лиса вновь решила опробовать на ней своё колдовство. Взгляд светлых глаз Ли Цзюань словно гипнотизировал заклинательницу. — Знаешь, что за болезнь эта бессонница? — Цзюань придвинулась ближе и приобняла Чжулинь. — У тебя проблемы со здоровьем? — тихо спросила та. Она не поняла намёка и начала беспокоиться за любимую. — Ах, ты ведь поможешь их решить? — Ли Цзюань потёрлась носом о шею Чжулинь.       Заклинательница встряхнула головой, отгоняя наваждение. Она собралась с духом и, мягко отстранив от себя лисицу, проговорила: — Если честно, у меня тоже не всё в порядке. В Лояне кое-что случилось. У меня было искажение ци. — Почему? — Цзюань нахмурилась.       Чжулинь коротко рассказала ей об этом. Девушке было тяжело смотреть любимой в глаза, говоря о том, каким способом ей предлагали стабилизировать свои духовные силы. Заклинательница то и дело отводила взгляд, хоть лицо её и оставалось при этом спокойным.       Выслушав её, Ли Цзюань серьёзно сказала: — Посмотри на меня.       Чжулинь, наоборот, отвернулась. Ей стало очень жарко, и она не понимала, из-за чего. — Чжулинь, — позвала лиса, и заклинательница ощутила на своей щеке маленькую прохладную ладошку. Ли Цзюань повернула голову Чжулинь к себе. — Иди ко мне.       Цзюань мягко, но настойчиво потянула заклинательницу на себя, заставив девушку лечь на кровать. «Ладно, — решила Чжулинь, — рано или поздно это должно было произойти. Главное — делать уверенный вид, тогда она не догадается, что я ничего не умею». Раньше девушки не обсуждали вопрос того, у кого какой опыт имелся. Как-то не было повода. По обрывочным фразам заклинательница понимала, что у хули-цзин могло что-то быть с мужчинами, ведь должна же она была как-то поглощать их жизненные силы. «Однако это совсем другое…» — думала заклинательница. От чтения порнографических романов и разглядывания «весенних картинок» было немного толку. Ведь идеализированные описания в подобных книгах просто разбивались о безжалостную реальность.       Чжулинь потянулась к возлюбленной, прикоснувшись к её губам своими. Сначала поцелуй был несколько неуверенный, заклинательница целовала любимую осторожно, как будто спрашивая разрешения. Но разве какое-то разрешение было необходимо в этой ситуации? Ли Цзюань слегка прикусила нижнюю губу Чжулинь и приоткрыла рот, показывая, что можно действовать и посмелее. Заклинательница воспользовалась этим, проникнув языком внутрь.       Какое-то время они целовались, и Чжулинь ощущала сильную дрожь от беспокойства вперемешку с возбуждением. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, и прижавшаяся к заклинательнице Цзюань не могла не почувствовать этого. — Расслабься, — прошептала она, разорвав поцелуй. Ладошки девушки успокаивающе гладили смуглую, покрытую шрамами спину Чжулинь. А руки самой Чжулинь тем временем беспорядочно шарили по телу Ли Цзюань в попытке снять хотя бы какой-то предмет одежды. Тянущее чувство тяжести внизу живота становилось всё отчётливее, вынуждая заклинательницу сильнее вжиматься своими сильными мускулистыми бёдрами в мягкие бёдра Цзюань. — Ты меня так раздавишь… — Извини, — выдохнула Чжулинь, прикусив распухшие от поцелуев губы. — Залазь под одеяло, — предложила Цзюань, пододвигаясь.       Мысленно поблагодарив её, что не придётся раздеваться при свете, заклинательница послушалась и, забравшись под одеяло, накрыла их обоих. Вообще-то Чжулинь очень хотелось посмотреть на обнажённое тело возлюбленной, и не только посмотреть… Но вот своей фигуры девушка стеснялась. Она никогда не считала себя красивой. — Ты что, боишься? — спросила Цзюань. — Скажи честно. — Нет, — ответила Чжулинь, приподнимаясь на локте. — Просто… Извини. Я не знаю, что делать. — Признать это было тяжело. — Я знаю. Доверься мне, — прошептала лисица и принялась развязывать пояс ханьфу.       Обнажаться у Ли Цзюань получалось так же естественно, как дышать. Она скинула с себя одеяло, чтобы сделать это, и Чжулинь, словно заколдованная, наблюдала за движениями любимой. В неверном свете свечи округлые и женственные изгибы её тела выглядели просто нереальными. И даже пушистый лисий хвост смотрелся как что-то привычное и родное. — Ты такая красивая, — тихо сказала заклинательница. Она не могла отвести взгляд от Цзюань. — Ты тоже, — ответила та и потянулась к поясу Чжулинь. Заклинательница неловко пыталась помочь ей, из-за чего только больше путалась в собственных одеждах. Как она и предполагала, даже на этапе раздевания их первый раз был максимально неловким!       Тем не менее такая мешающая сейчас одежда была отброшена на пол. Оказавшись обнажёнными, девушки прильнули друг к другу. Из-за того, что Чжулинь стеснялась себя, она пыталась перехватить инициативу, то лаская грудь Цзюань, то перемещая ладони на её бёдра.       «Чёрт… Так не годится! Надо как-то переходить к делу», — подумала заклинательница. Она одним слитным движением уложила партнёршу на спину и нажала коленом между её бёдер, принуждая раздвинуть их. Чжулинь прижалась к Цзюань своей промежностью и беспорядочно тёрлась о неё. — Цзюань, Цзюань… — шептала она, то целуя её шею, то прикусывая нежную белую кожу. Из-за охватившего её возбуждения девушка не сразу услышала, что Ли Цзюань что-то говорила. — Да погоди ты! — воскликнула лисица. — Так твоё тело устанет и сдастся быстрее, чем мы что-то почувствуем. — М? — не поняла Чжулинь, однако всё же остановилась. — Ты «весенних картинок» насмотрелась? — хихикнула Цзюань. — Так никто не делает… Давай, я тебе покажу, как надо. А потом ты повторишь мне, хорошо?       Чжулинь кивнула, не совсем понимая, что Ли Цзюань имела в виду. Однако она подчинилась, когда лиса нажала на её плечи, намекая, что нужно лечь на спину. — Цзецзе, ты раньше делала это сама с собой? — тихо спросила Цзюань, устраиваясь сбоку. Она разместила руку на стройном мускулистом бедре Чжулинь, поглаживая его и постепенно перемещаясь всё ближе к промежности. — Нет. Я не умею, — это было единственное, что смогла выдавить из себя заклинательница. Она была рада, что в темноте не видно, насколько сильно покраснело её лицо. Чжулинь поняла это, потому что ей стало очень жарко, она буквально почувствовала, как жар на лице расползается пятнами. — Тогда расслабься, — прямо в ухо прошептала ей Цзюань и прикусила мочку. — Я не… Не знаю… У меня не получится! — вдруг сбивчиво заговорила Чжулинь, задыхаясь. То, как это было эмоционально и быстро сказано, было совсем не характерно для неё. — Это мой первый раз, меймей!       Заклинательница испугалась сама себя и резко замолчала. Моменты потери контроля были редкими для Чжулинь. Лисица довольно усмехнулась, и заклинательница подумала, что Цзюань смешно из-за того, какая она неловкая и неопытная. Чжулинь не догадывалась, насколько ошибочно было её суждение. — Странно, обычно из тебя и слова не вытянешь, а тут разговорилась, — медовый голосок Ли Цзюань буквально полился в уши заклинательницы. — Всё будет хорошо, расслабься, ты же такая хорошая девочка. Ты хорошая девочка, — повторила лиса.       Чжулинь не ожидала, что эта простая похвала заставит её почувствовать себя так, словно в неё ударила молния. Эти слова в сочетании с ладошкой Цзюань, которая в этот момент оказалась прямо на промежности, именно там, где начинались жёсткие чёрные волоски, оказали такое воздействие, что возбуждение стало невыносимым. Чжулинь вскинула бёдра вверх в попытке сильнее прижаться к руке Ли Цзюань. — Я покажу, как надо, — прошептала Цзюань и, опустив ладонь немного пониже, принялась осторожно ласкать самое чувствительное место Чжулинь.       Чжулинь не думала, что это может быть настолько приятно. Все беспокойные и тревожные мысли одна за другой покинули её голову, и девушка наконец смогла сосредоточиться на своих ощущениях, которые стали очень яркими и острыми. — Так нравится? Приятно? — тихо спросила Ли Цзюань. — Мм, — только и смогла кивнуть заклинательница. Она прижалась к лежавшей на боку любимой, то хватаясь за её плечо, то отпуская его и комкая в руке простынь.       До Чжулинь словно через ватное одеяло доходил невнятный шёпот Ли Цзюань, которая всё повторяла ей, какая же она молодец и как хорошо справляется. Заклинательница закрыла глаза, подаваясь бёдрами навстречу умелым пальчикам Цзюань.       Ли Цзюань почти нависла над Чжулинь, продолжая ласкать её. Лежащая на спине девушка потянула возлюблённую на себя, пытаясь сообщить, что чувствует себя очень странно, но не смогла сказать ни слова. Цзюань развязно и влажно поцеловала Чжулинь, выпивая её сдавленные стоны, пока заклинательница находилась на пике удовольствия.       Для Чжулинь это нельзя было сравнить ни с чем. Она замерла и сжала ноги, желая продлить отголоски пережитого оргазма, и Цзюань замедлилась, практически остановив ласки. Она просто положила руку на всё ещё чувствительную плоть, несильно нажимая на самую чувствительную точку. При этом Чжулинь почувствовала, что у неё стало как будто бы меньше духовных сил. Словно через губы и пальцы Цзюань излишки ци, текущие по меридианам заклинательницы, покидали её. Чжулинь немного забеспокоилась, поняв, что Ли Цзюань поглощает её духовные силы, однако это вдруг прекратилось. Лисица взяла ровно столько ци, сколько это было необходимо для равновесия в золотом ядре Чжулинь, — ни больше и ни меньше. — Меймей, это было… — Чжулинь пришла в себя, восстанавливая дыхание. Она открыла глаза, которые тут же расширились от удивления. — Что ты делаешь?       Ли Цзюань села, подтянув ноги к себе, и невозмутимо облизала свои пальцы. Она сделала это, глядя Чжулинь прямо в глаза, и это было так смущающе и бесстыдно, что заклинательница отвернулась. — Всё-таки книгах я видела, что это делается по-другому, — проговорила она. — Как?       Услышав наконец описание позы, которую имела в виду Чжулинь, Цзюань рассмеялась: — Да никто так не делает! Эти книги пишут для мужиков, которые дрочат на подобное. Сама подумай, много ты так натрёшься? А-ха-ха… Да и разве тебе не понравилось то, как тебе сделала я? Тебе ведь понравилось?       Смущённая донельзя Чжулинь кивнула и приподнялась, садясь и поворачиваясь к любимой. Она нажала руками на её узкие покатые плечи, осторожно укладывая Цзюань на спину. Свеча, стоявшая возле кровати, к этому моменту уже погасла, однако глаза Чжулинь хорошо привыкли к полумраку. Она посмотрела на Ли Цзюань. Её гладкие чёрные волосы растрепались и драгоценным полотном разметались по тяжёлой подушке, пухлые и блестящие от поцелуев губы были призывно приоткрыты. Белая кожа Цзюань словно светилась в темноте, и взгляд Чжулинь опустился ниже, на обнажённую грудь. Заклинательница старалась запомнить каждую секунду этой соблазнительной картины, восхищаясь красотой своей меймей. «Я тоже должна сделать ей приятно. Получится ли у меня так же?» — забеспокоилась заклинательница.       Словно прочтя её мысли, лиса поспешила подбодрить Чжулинь: — Всё хорошо. Я подскажу, как мне больше нравится.