Закрученные рога

По ту сторону портала было странно. Путешествие из Огненных земель на Землю людей ощущалось так, словно из тебя сначала вытягивают внутренности, а потом засовывают не в те места. Минги ступил на мягкую поверхность и замер, переводя дух. Юнхо положил руку на плечо, готовый поддержать, если он потеряет баланс. — Прости, так всегда. Наши тела не проводят магию, так что при перемещении через портал они посылают нам предупреждения. Ты в порядке? Минги вытер слюну и перестал хрипеть. Выпрямившись и открыв глаза, он увидел белые окрестности, которые тут же ослепили его. Он зажмурился и вскрикнул, испугав Юнхо. — Ох, подожди, — сказал тот и полез в сумку. Почувствовав прикосновение мягкой ткани к щеке, Минги поморщился, но Юнхо не отстранился, пока не обвязал Минги голову. Полосу ткни он аккуратно завязал за ушами. — Давай, попробуй ещё раз. Минги приоткрыл глаза. Юнхо повязал ему на глаза чёрную полупрозрачную ткань, через которую это место блестело не так сильно. Минги удивлённо заморгал, оглядывая белые просторы. Он наконец смог разглядеть очертания этого места. Высокие и тонкие деревья с тёмно-зелёными, припорошёнными снегом иглами вместо листьев. Весь лес был завален снегом, мягким, скрипящим под их копытами. Здесь было не холодно, хотя Минги читал об этом в книгах. Кожа у демонов была толстая. Потрясённый, он повернулся к Юнхо. Освещённый солнцем человеческого мира, тот выглядел нереальным, не похожим на существо из огня и пепла. На его губах была привычная ухмылка. Напряжение между ними куда-то растворилось. — Человеческое солнце отражается от снега, поэтому он такой яркий для нас. Можешь снять повязку, когда привыкнешь, — терпеливо проговорил Юнхо. Минги поднял завороженный взгляд в небо, чтобы найти пылающую звезду, о которой столько читал. Глаза заболели даже с повязкой, и он опустил голову. Солнца не было видно. Забыв про боль от перехода через портал, Минги восхищался красотой места, что было так непохоже на их земли. Он подцепил рукой горсть снега и увидел, как тот растаял за короткие секунды. Он начал экспериментировать, придавая снежкам разную форму. Снег не рассыпался, в отличие от пепла. Минги лепил смешные фигурки, пытаясь сделать что-то похожее на их с Юнхо рога, но тщетно, потому что снег разваливался. В какой-то момент Минги показалось, что он может сидеть здесь вечность, намокая от снега. Юнхо веселился, наблюдая за этими играми и слыша его хихиканье. Он предпочитал не подходить, всё ещё смущённый последними днями. И всё же он был рад, что они выбрались сюда. Человеческий свежий воздух помог им обоим расслабиться и забыть о странностях, произошедших в замке. Минги встал, чтобы стянуть с себя мокрые штаны, и Юнхо отстранился от ствола дерева. От его движения с веток на них посыпался снег — Минги завороженно наблюдал за тем, как снежинки опускаются на землю. — Скоро пойдёт снег, потому что в небе много облаков. Это знак. Хочешь пройтись? Минги радостно кивнул. Он так много читал о здешней погоде, но никогда не видел серые облака на небе, движущиеся с ветром. Он хотел на это посмотреть, пусть глазам и будет больно. Демоны пробирались по снегу, идя совсем рядом, но не настолько, чтобы касаться друг друга горячими телами. Минги видел хвост Юнхо боковым зрением: тот закручивался и выпрямлялся, словно не решаясь дотронуться до Минги. — Спасибо, что привёл сюда. Тут чудесно, как ты и говорил, — сказал тот. Ему всё ещё было неловко, но он хотел показать Юнхо свою благодарность. Принц, смущаясь, накрыл рукой щёку. — Это того стоило. Я увидел твою улыбку, и на душе сразу стало спокойно, — ухмыльнулся он, показывая клыки. В этом мире они казались не такими устрашающими. Всё самое страшное казалось здесь другим, потому что было очень светло. Минги слышал, что в человеческом мире не было никаких опасностей, кроме самих людей. Они чувствовали себя в такой безопасности, что начали доставлять неприятности друг другу. И это были уже не просто игры, как у демонов. Вновь ощутив трепет от чужого голоса, Минги опустил глаза на свои копыта. Они были меньше, чем у Юнхо, но ему нравились следы, что они оставляли в снегу. Напоминало о днях, когда они всё время проводили вместе. Несколько минут прошли в тишине; они просто шагали. Минги осматривал деревья вокруг, замечал мох и кустики, накрытые снегом. Один раз он даже увидел какого-то зверька с пушистым хвостом, прыгающего по дереву меж веток. Кое-где под снегом виднелся лёд. Их копыта время от времени неприятно прокатывались, но Минги и это находил забавным. Ветерок, гуляющий по лесу, задевал уши и трепал волосы, опыляя Минги крохотными кристаллами снежинок. Но ему было тепло и уютно из-за горячей от природы крови. — Не хочешь рассказать почему ты так изменился в последние дни? Я был бы рад разобраться в этом вместе. Мне не очень нравится то, что мы отдалились, — начал Юнхо аккуратно, дипломатично, как и подобало. Тревожность снова подкралась к Минги, и он медленно выдохнул. Он не хотел, чтобы Юнхо плохо думал о нём. Чтобы тот смеялся над ним из-за того, что Минги раздувает из мухи слона. Ветер шумел между деревьями, рисовал узоры на сугробах, прочёсывал тропы на толстом белом покрывале. Облака заволокли небо, словно тёмное одеяло. — На самом деле, я не собирался беспокоить тебя этим. Мне кажется, это пустяк. Юнхо посмотрел на него с любопытством, ища подсказку в чужом лице, лишённом каких-либо эмоций. — Если это тебя так волнует, значит, не пустяк. Я не буду смеяться. Если нужно будет, помогу. Как Юнхо собирался помочь? Минги ведь не сможет сказать ему перестать спать с другими демонами. Одна мысль об этом заставляла сердце сжаться. Минги опять оглядел нетронутый белый мир вокруг них. Вздохнув снова, он почувствовал прикосновение хвоста Юнхо к своему. Минги принял эту молчаливую поддержку, позволив хвостам сплестись вместе. Пережив это тяжёлое время, его сердце затрепетало снова. — В тот день, когда мы были в библиотеке, я хотел вернуться к тебе в покои перед сном, чтобы отдать книгу, которую ты забыл. Я не собирался подсматривать, но дверь была приоткрыта, я решил зайти и проверить, но не подумал о том чем ты можешь быть занят. Юнхо тихо охнул. Никакие другие объяснения ему уже не требовались. Они продолжали идти, пока воцарилась неловкая пауза. Минги забрался на большой валун, и Юнхо полез за ним. — Ты удивился? Прости, что тебе пришлось увидеть это. Сбило с толку, должно быть. Минги чувствовал, как всё тело покалывает; он был не просто сбит с толку. Он там чуть не умер. И теперь им снова овладела ревность. — Не то чтобы, просто я… не знал, что вы настолько близки с Ёсаном? — осторожно выбирая слова и тон, Минги продолжал смотреть вглубь леса. Деревья потихоньку освещались зарёй. Начался лёгкий снегопад, и в воздухе закружились белые хлопья. — Мы не так уж близки, — так же осторожно проговорил Юнхо. Они оба не хотели показывать свои настоящие чувства; Минги оставалось только догадываться, о чём думает принц. — Я давно знаю Ёсана. Я не тащу никого в постель, потому что все будут соглашаться лишь из-за того, что я принц. Кого-то интересует только моё положение. И всё-таки иногда кто-нибудь из дворца может предложить мне сделать это. Слуги, стражники, иногда даже советники или, совсем уж вопиющие случаи, чьи-то жёны. Юнхо усмехнулся, видя удивление Минги. — Если они мне нравятся, я соглашаюсь. Те, кому я доверяю, оставят наши отношения в стенах дворца неизменными, и так обе стороны выигрывают. Мы с Ёсаном хорошо знаем друг друга. Он более всего мне верен из тех, кто приглашал в свои объятия. Смущённый и вместе с тем довольный таким объяснением, Минги молча кивнул. — Когда Ёсан предложил это в первый раз, я подумал, что интересен ему исключительно из-за положения. Но теперь он время от времени возвращается, нам комфортно друг с другом. Ему вроде бы нравится кто-то. Я смотрю на наши отношения только с точки зрения физического удовольствия. — Я… Я понял. Минги был удивлён тем, что всё оказалось так просто. Для принца, которого уже сватали за известную фигуру, это было идеальным выходом. И всё же, маленький романтик, живущий внутри Минги, не принимал идею отношений только ради удовольствия, потому что его должны делить только любовники. Минги вновь отметил то, насколько они были разными. Его окатило порывом холодного ветра, чёлку сдуло со лба к рогам. Благодаря чёрной повязке снег не попадал в глаза. Продолжая идти, Минги ловил ладонями самые большие снежинки. Их танец, спускающийся с неба, походил на какой-то восхитительный спектакль. — В мою постель попадают только те, кто действительно этого хочет, так что можешь не волноваться о том, что Ёсана могли заставлять или ещё что-то. Я не настолько жестокий. Сердце Минги подпрыгнуло от этих простых слов. Юнхо отстаивал свою позицию, но это звучало так заманчиво. — Значит, если кто-нибудь придёт к тебе в покои и попросится на ночь, ты можешь согласиться? — спросил Минги, подняв лицо к небу. Холодный снег, падавший с неба бесконечным потоком, падал ему на лицо. — Только если я сам этого захочу, — поправил Юнхо. Нежное прикосновение его хвоста к Минги заставило их обоих остановиться. Юнхо завёл руки за его затылок, касаясь узла повязки. Когда та была развязана, Минги пришлось снова привыкать к яркости, но теперь это было легче. Всё это время они продолжали идти. Оба глядели друг на друга; Юнхо искал в глазах Минги причину, по которой ему так интересно было всё это. Он будто знал, что эта тайная причина есть, и хотел чтобы Минги её озвучил. Тот задержал взгляд на Юнхо, в чьих тёмных волосах застыли снежинки, целующие мимолётно, чтобы потом навсегда раствориться. Глаза Юнхо были такие тёплые и понимающие. Юнхо был его другом. Несмотря на всю эту борьбу нравов и устоев, Минги ценил в нём открытость и доброе сердце, которое так быстро приняло его. И слова вылетели быстрее, чем он смог их остановить. Правда, которую он пытался скрыть даже сам от себя. — Я… ревную. Потому что твоё внимание заставило меня почувствовать себя особенным. Когда я увидел Ёсана в твоей кровати, это было словно предательство. Взгляд Юнхо стал ещё теплее. Он поднял руку, чтобы отцепить прядь, обернувшуюся вокруг рога Минги, и отпустить её на место. На тонких пальцах блестели золотые кольца. — Ты и есть особенный. Я не буду отрицать нашу близость. Ёсан — просто тот, кто однажды попросил. Ты — другой. В глазах виднелось что-то иное, чему природу Минги найти не смог. Он робко кивнул с облегчением. Внутри снова начинало клокотать, но уже от радости, а не от боли, как после прохождения через портал. — Ясно. Больше не буду избегать тебя, — смущённо улыбнулся Минги. Юнхо ответил благодарной улыбкой. — Примешь объятия в качестве извинения? — он склонил голову в сторону и раскрыл руки. Его глаза не приказывали; он оставлял выбор Минги. Не сомневаясь ни секунды, тот шагнул навстречу. Он обернул руки вокруг чужой талии, чувствуя движения мышц подтянутого тела. Когда его рога случайно ударили Юнхо по ключице, Минги неловко засмеялся. — Прости. — Ничего. Можем сделать так, — Юнхо осторожно наклонил голову, чтобы положить на чужое плечо. Так их рога не касались друг друга. Минги чувствовал тепло внутри; они обнимались под снегом. Грудь Юнхо поднималась и опускалась, касаясь его, и кожа Минги пылала везде после прикосновений. Совсем успокоив свои подозрения, Минги глядел на снежинки. Ему хотелось никогда не отпускать принца.