Любовь – необходимость. Агония – неизбежность

Выкидывать единственное имеющееся у них средство защиты Игорь не спешил. Оно и понятно, на его месте Валерка упёрся бы точно так же. Расставшись с ножом, они ведь в случае чего даже защититься не смогут… А так была хоть призрачная надежда пырнуть Плоткина. Да что уж там, это было единственное оружие, которое могло бы помочь с ним покончить. Валера ведь прежде никогда не убивал. Ну, Серп не в счёт… Как победить вампира без серебра и огня?.. – Так рискните, – отозвался Игорь. Валера чувствовал его блеф, знал, что друг на пиявцев с ножом не кинется. Но попробовать стоило… Хотя вряд ли у них есть шанс «отвоевать» этот несчастный нож. – Нас больше, не надо играть в героев, – подключился к разговору другой пиявец. – Бросай нож, здоровее будете. Лагунов чувствовал, как Игорь напрягся, как он уже почти послал вампиров куда подальше… Поэтому быстро повернулся лицом к другу и положил руку ему на плечо, как бы предостерегая. Ничего говорить не надо было, Игорь и так всё понял. Корзухин перехватил нож, взяв его за лезвие и метнув прямиком в землю. Острие вошло в почву почти наполовину. Если бы они играли в «ножички», это была бы чистая победа. Пиявцев, казалось, подобный расклад устраивал. Тот, что заговорил с ними первым, довольно кивнул и указал рукой куда-то себе за спину. Стоявшие вокруг вампиры перестроились, ещё больше окружая Игоря и Валеру. Ох и не нравилось же Валерке всё это!.. – Нас ждут, идёмте, – обращаясь к обоим сразу, сказал пиявец. Валера насупился, сделав полшага вперёд: – «Нас»? Игорь-то ему зачем? Это же вампирские разборки, так оставьте хоть его в покое. Спиной Лагунов чувствовал, как возмущён подобными словами Игорь. Но что уж поделать! Валера отчаянно хотел защитить хоть одного из своих друзей, оградить его от этой напасти. Сейчас шанс подворачивался – один на миллион, надо было попробовать! – Нет, – натянуто улыбнулся их «переговорщик». – Вы нужны оба, иначе картина будет неполной. Идёмте, – кивнув кому-то позади парней, добавил он. Чья-то рука опустилась Валерке на плечо. Первым же желанием было скинуть её, дёрнуться, отстраниться. Но он сдержался. Сейчас преимущество было явно не на их стороне, и от его бунтарства мог пострадать Корзухин. Хотя… Боже, да он и так может пострадать! И чем дальше – тем серьёзнее. – Плоткин ваш – ещё больше ненормальный, чем я думал, – буркнул Игорь, которого уже вовсю толкали вперёд. – Устроил чёрт знает что… – То, что он делает, – расслышав возмущения Игоря, ответил на его «выпады» главный пиявец, – это исключительно ради баланса. Валерка хмыкнул, но ничего не сказал. Двое пиявцев встали по обе стороны от него, ещё один шёл несколькими шагами позади. Что бы там ни задумал Плоткин, в ближайшее время всё решится… И закончится.

***

Удивительное дело, но они даже угадали с местом. Пиявцы вели их в сторону прощального костра, так что, если б их не «перехватили», на этот своеобразный «огонёк» они заглянули бы сами. В душе Валерки разом смешивалось столько эмоций и чувств, что он даже не мог сам себе чётко сказать, что испытывал в данный момент. Страх? Гнев? Отчаяние? А может, надежду? Чувства так и продолжали бы мешаться между собой, но тут Валера увидел его. Сашу Плоткина. И в сердце не осталось ничего, кроме чёрной злобы. Плоткин стоял к ним вполоборота, убрав руки в карманы и явно о чём-то раздумывая. Валере было даже плевать, что он там думал, что собирался делать. В мыслях пульсировало одно-единственное желание: накинуться на стратилата, заставить ответить за всё… Только что вот Валерка мог?.. – А я уж вас заждался, – поворачиваясь к пришедшим лицом, улыбнулся Плоткин. Всё та же отвратительная манера говорить: безэмоционально, сухо, но с неприятной улыбкой, за которой не было ничего, кроме яда и «пустоты». – Вот, пришлось к вам провожатых отправлять. – Он скользнул взглядом по Игорю и уставился на Валеру. Улыбка его стала чуть шире: – Как там Лёва, кстати? Лагунов даже дёрнулся, порываясь метнуться к Плоткину и втащить ему промеж глаз. Знал, что это бесполезно, что его остановят раньше, чем он сделает хоть два шага. Но как же хотелось ему врезать, чтоб заткнулся!.. – Я убью тебя за всё, что ты сделал с ним, – «прорычал» Валера. Иначе, как рыком, тон его голоса назвать было нельзя. – Меня? – наигранно засмеялся стратилат. – Забавно… Это ведь ты, Валер, виноват во всём, что с ним произошло. Что ты с ним сделал? Достучался до его сердца? Как мило. Думал, спасёшь? А сделал только хуже. И умрёт он тоже из-за тебя. Тут уж Валера правда не сдержался. Он дёрнулся, в считанные секунды оказался перед лицом Плоткина. А тот даже бровью не повёл. Даже не отшатнулся. Валера схватил того за грудки, выводя из равновесия. Желание ударить чуть поутихло, когда он оказался так близко, как будто враг его снова пользовался гипнозом. Только теперь Валерка это ожидал и был готов сопротивляться. Лагунов ожидал, что Плоткин будет вырываться, призовёт свою шайку на помощь, он же привык действовать чужими руками! Но тот поступил несколько иначе. Плоткин кончиками пальцев сжал подбородок Валеры и надавил так, чтобы заставить того повернуть голову. И что-то внутри парня заставило его подчиниться. Не гипноз, а внутреннее предчувствие, что он должен что-то увидеть, прежде чем действовать дальше. И правда. Пиявцы, как по команде, обступили Игоря, один из них, явно посильнее многих, схватил того за волосы, заставляя откинуть голову назад, и приставил что-то к его горлу. Видно было, что Корзухин так просто сдаваться не хотел, но его всё же «прижали». Валера тихо выругался себе под нос, увидев эту картину. Замечательно, у него снова связаны руки! – Мне бы очень не хотелось, чтобы Игорь пострадал, – прошептал Плоткин. – Но, если ты меня вынудишь, его смерть будет на твоей совести. Валерка презрительно фыркнул и выпустил ткань пиджака Плоткина из рук так же резко, как схватил. Сделал маленький шажок назад, буравя соперника взглядом. А Плоткин… выглядел несказанно довольным. – Вот и умница, я знал, что ты сделаешь правильный выбор, – расплылся он в гадкой улыбке. – Чего ты добиваешься? – бросил Валера. Он понимал, кажется, вообще всё, кроме того, зачем Плоткин всё это устроил. Ничего не сходилось, не складывалось. – Что мы тебе сделали? Плоткин усмехнулся, но с ответом не спешил. Он скрупулёзно поправлял измятую ткань дорогого пиджака, стряхивал с рукавов невидимые пылинки. А затем вымученно вздохнул и посмотрел на Валерку, как на идиота: – Мне кажется, в наших краях должен быть только один стратилат. И это будешь не ты. А у Лагунова в голове не укладывалось, что всё так просто и мелко. Жажда какой-то власти казалась до жути глупым мотивом. Крылось тут что-то ещё наверняка… Какая-то особая «печаль». – Так я не претендую, – всё же ответил Валера. – Можно подумать, я тебе как-то мешал. Плоткин снова улыбнулся. Так покровительственно, как будто общался совсем уж с дурачком, который «два» и «два» сложить не мог. – Ты отвергаешь данную тебе силу, – сквозь зубы пояснил Плоткин. Он сдвинулся с места, но пошёл не к Валерке, а к Игорю. – Я знаю, что ты пьёшь его кровь, чтобы справиться с жаждой, – добавил он, остановившись перед Корзухиным. – Это… так мелко. Плоткин скривил лицо так, словно ему на язык попало что-то жутко кислое и неприятное. Наверное, именно так в его исполнении выглядело презрение. Игорь же выглядел так, словно ещё секунда – и он плюнет Плоткину в лицо. Держался он разве что из инстинкта самосохранения. – Ну да, ты же по мелочности спец, – фыркнул Игорь. Ну конечно, чтоб он – и промолчал? Да где такое видано! – Вон, как за нами носишься. Саша расплылся в неожиданно довольной улыбке, качая головой: – Всё такой же непокорный. Прелестно. – Он сделал паузу и пару раз несильно хлопнул Игорю по щеке. – Даже интересно, какой ты на вкус. Плоткин оскалился и, развернувшись на пятках, отошёл от Корзухина. Последний, кажется, выдохнул с облегчением: Игорь не любил демонстрировать подобные эмоции, но сейчас он, кажется, впервые по-настоящему испугался Плоткина. Рядом с Валерой мелькнула чья-то фигурка. Присмотревшись, он понял: то была неизменно следовавшая за отцом Варя. В руках у девушки блестело лезвие ножа. Серебряного ножа! И двигалась она по направлению к Лагунову. Он не боялся ни боли, ни смерти, вообще ничего такого. Но вид «приближающегося» холодного оружия изрядно напрягал. Убивать его, конечно, пока что явно не собирались. Варя оказалась рядом скорее для того, чтобы служить Валерке этаким напоминанием, что дёргаться лишний раз не надо. Как будто зажатого Игоря ему было мало! – Так ты не ответил, – неожиданно процедил сквозь зубы Игорь. – Что тебе надо-то? Плоткин на секунду прикрыл глаза. А потом развёл руки в стороны, как бы обнимая весь белый свет, и откинул голову назад, глядя на темнеющее небо. – Власти, Игорь. Все хотят власти. А те, кто говорит, что не хочет – просто слишком слабы, чтобы к ней стремиться и её иметь. – На этих словах стратилат глянул на Валерку, как бы намекая, что речь идёт о нём. – А слабые – жалки и недостойны. Тут уж Валера не вытерпел. Плоткин нагнал тут сейчас столько пафоса – и всё ради чего? Чтобы сказать, что он просто хочет от него избавиться? Что Валера ему, видите ли, вампирский потенциал реализовывать мешает? Это… жуть как выводило из себя. На долю его близких выпало столько страданий и боли – и всё из-за того, что кое-кто не видит рамок дозволенного?! – К чему весь этот официоз? – почти закричал Лагунов. – Ты ж хочешь доказать, что сильнее и достойнее. Давай. Раз на раз, – бросил он вызов. Валера ожидал чего угодно, но точно не того, что Плоткин от его слов рассмеётся. Это бесило ещё больше. Что такого смешного он только что сказал?! – Валера, милый, – покачал головой Плоткин. – Выяснить, кто сильнее, мы ещё успеем. Но сначала… нас всех ждёт маленькое представление. Валера ни хрена не понял. У Плоткина, видать, совсем шарики за ролики заехали. Какое ещё представление, что он нёс?! Меж тем Саша хлопнул в ладоши, и на другом конце поляны, там, где начался лес, возникло какое-то движение. Две неподвижные до этого тени отделились от лесного массива и двинулись в их сторону. Одна шла твёрдо и уверенно, другая – словно тащилась из последних сил. Лагунов присмотрелся и смачно выругался – так, что любой сапожник пополнил бы свой словарный запас. Одной из фигур – той, что еле переставляла ноги, – был Лёва. И на что они с Игорем только надеялись, оставляя его почти без присмотра?.. Дойдя до поляны, Лёва чуть ли не мешком упал на землю. Обожжённые святой водой участки кожи ещё не до конца «загрубели» и наверняка болели нещадно. А Плоткин – чёртов садист, раз не имеет вообще ни капли сострадания. Хотя… Возможно, именно такими настоящие стратилаты и должны быть. – Оставь его в покое, – сквозь зубы процедил Лагунов, гневно глядя на своего врага. – Что тебе надо?! Плоткин ответил как ни в чём не бывало: – Я люблю театр. Поэтому ты, Валерка, решишь, как закончится эта пьеса. Один сейчас умрёт. Это драма, да, трагедия… – Он мечтательно сцепил руки в замок и возвёл взгляд к небу. Фанатик, ей-богу! – Нет ничего более трагичного, чем когда один возлюбленный наблюдает за смертью другого. А кого оставить в живых, выберешь ты. Валера не колебался ни секунды. Если Плоткину так нужна эта театральщина – чёрт с ним, пусть уж так и будет. Лишь бы Лёва не пострадал, нужно его защитить! Лагунов открыл было рот, чтобы озвучить свой ответ, как вдруг Плоткин помотал в воздухе указательным пальцем туда-сюда: – Только не думай, что тут всё так уж просто, буквально и очевидно, – усмехнулся он.